Дрожь

И хотя как раз такой подход к делу и нужен для того, чтобы достичь вершин в спорте, это создает проблемы во всех других областях жизни.

Именно поэтому у меня нет настоящих друзей. Именно поэтому заканчиваются все мои отношения. Пришло время за это платить. Я совершенно одна.

Перед моими глазами проплывает лицо Одетты. Я еще глубже погружаюсь в черноту. Кертис сказал, что она до сих пор в инвалидном кресле и едва может двигать руками. Но в наши дни технологии так сильно рванули вперед. Она может сама себя обслуживать?

Я не могу поверить, что Кертис связывался с ней, а я нет.

Я должна попробовать еще раз. Это мой долг перед ней.

Только я не знаю, хватит ли у меня сил смотреть ей в глаза после того, что я сделала.

Голос Кертиса звучит у меня в голове: «Ты ничуть не лучше ее».

Я сворачиваюсь калачиком.

Если говорить о Дейле, то моя эгоистичная настойчивость, мое упрямство и желание попробовать сделать бэкфлип задержали остальных.

Я прижимаю костяшки пальцев к глазницам. Я не могу думать о том, как он там, на улице. Я не стану сейчас плакать. Я смогу себе это позволить только после того, как выберусь отсюда и окажусь в безопасности.

Моя тайна сжирает меня изнутри. Пора во всем признаться. Я сбрасываю одеяла и снова хромаю в коридор. Я стучу в дверь Кертиса.

Шаги, звук отодвигаемой задвижки, и дверь распахивается.

Кертис долго смотрит на меня – одновременно и грустно, и устало. И немного с любопытством. В коридоре очень холодно. Я обнимаю себя руками. Он отступает от двери и делает приглашающий жест рукой, кивая на кровать.

Это не то, что я ожидала, но ноги принимают решение за меня.