Дрожь

– Но она же не принимает участия в соревнованиях, – говорю я.

– Еще как принимает, – заявляет Саския.

Мне кажется, что я получила удар под дых.

– Но она же не британка.

– Мне нужны очки, – поясняет Одетта.

– Что? – Я неотрывно смотрю на нее."

"– Это небольшие соревнования с очень маленьким призовым фондом, – поясняет Одетта. – Но в них могут участвовать представители других стран. Мы никак не влияем на британский рейтинг, но получаем очки, которые начисляет Международная федерация лыжного спорта. В этом году я пропустила несколько соревнований после того, как повредила запястье, поэтому мне нужны очки.

Если мне и раньше уже было дурно, теперь я чувствую, что меня вот-вот стошнит. А я-то хотела попасть в первую тройку. Это плохо. На самом деле плохо.

Результат на бумаге никак не повлияет на британский рейтинг, потому что Одетта не британка, но ее участие повлияет на рейтинг у меня в голове, а что еще важнее, за соревнованиями будут наблюдать потенциальные спонсоры. И что они увидят?

Саския улыбается совсем не радостно, и я понимаю, что и ей участие Одетты не улучшает настроение.

Я беру свой сноуборд ничего не чувствующей рукой и вместе с нашей маленькой группой готовлюсь выполнить ежедневный ритуал: нестись вниз к курорту. Для парней это просто безобидное развлечение, но для нас, девушек, это всегда соревнование. Всегда побеждает Одетта, и это неудивительно, но у нас с Саскией практически одинаковая скорость. Я должна благодарить Стефана, с которым встречалась в прошлом году, за свои скоростные качества, а Саския, насколько я понимаю, должна благодарить брата.

Неофициальной линией старта является верх трассы скоростного спуска. Мы с Саскией занимаем позиции на старте.

Мне нужно нанести ответный удар. Или это, или поджать хвост и отправляться домой плакать.

– Ты видела, как я сегодня выполнила крипплер? – весело спрашиваю я.

Этот вопрос мгновенно убирает улыбку с лица Саскии. Она переглядывается с Одеттой, затем в неверии снова поворачивается ко мне.

Брент рядом пристегивает крепления. Он практически не сказал мне ни слова после вчерашнего разрыва, но тут после секундного замешательства он поворачивается ко мне, и мы с ним ударяем кулаком о кулак.

– Да, Милла, у тебя наконец получилось!

Когда наши перчатки соприкасаются, я молча смотрю на него с благодарностью.

Саския неотрывно смотрит на меня. Это, конечно, дутая победа, но другую мне не одержать.

Она хлопает Кертиса по плечу.