Древний мир для попаданки

— Твоя дочь глупая, истеричная и эгоистичная дура, как и ты, — рявкнула она не выдержав, — посмотри, никто из мужчин не хочет брать ее. Думаю, вам лучше дождаться родов, а потом уйти из долины и найти себе, другое племя и другого мужчину.

Мамаша попыталась снова возмутиться, но отец девочки шикнул на нее — хоть один адекватный человек, и подхватив продолжавшую рыдать Нили на руки, аккуратно понес ее к выходу. В общем, скандальной тетке ничего не оставалось, как последовать следом, впрочем, не забыв обвести всех злобным взглядом и давая понять, что гадость при случае им сделают и даже не одну по возможности.

Мария, после ухода проблемной семейки, только выдохнула облегченно, а потом, подсела к Арену и нерешительно прижалась к его боку. А что? Назвался мужем, значит, так тому и быть, и нечего всяким Нили и другим молодым дурочкам повод давать, да надежду оставлять, что мужчина свободен.

— После сезона дождей наш дом первый будем доделывать, — решительно сказала она и, лишь получив в ответ счастливую улыбку своего избранника, немного успокоилась.

Может и к лучшему, что их отношения так резко продвинулись, а то ходили бы друг за другом еще не пойми сколько времени. А тут раз, и все понятно. Осталось только за бедовой семейкой проследить, да от козней увернуться, а то, что те последуют, учитывая злобу Раны, даже тени сомнений не оставалось.

Мария снова повздыхала, анализируя ситуацию, и даже не заметила, как бережно ее обняли за плечи, прижимая к сильному горячему телу. А подумать между тем, было о чем.

— Да, просто так оставлять их нельзя, проследить придется, — вздохнула она, уткнувшись в плечо Арена, а пригревшись так и не заметила, как заснула, а потому и не возмутилась, что уложил мужчина ее на свое спальное место.

А вот Арена проблемы с семейкой не волновали совсем — в какой то мере он даже благодарен был, что Нили вызвала ревность и подтолкнула Лаю к принятию окончательного решения.

45. В пещере

Сезон дождей прошёл относительно спокойно, хотя и нервно — всё-таки история с Нили оставила неприятный осадок в душе каждого. Вроде и понимали, что дурочка она, но жалость как таковая все же присутствовала.