Древние

И, конечно же, стены покрывали золотые магические плетения. Как и узор-переводчик, они напоминали этнические орнаменты то ли майя, то ли инков, то ли ещё какого-то полузабытого народа, знакомство с которым сводилось к просмотренным когда-то передачам по телеку.

Толстый слой пыли покрывал пол, словно ковёр. Где бы не находился этот зал, покинули его давным-давно. Может столетия назад.

Лёха переступил с ноги на ногу, зябко поджимая пальцы и мысленно попросил демона:

«Можешь нарастить мне чешую на ступни, вроде той, которой ты защищала меня от углей? Теплоизоляция была на уровне.

Всё, что сам Стриж мог сказать по этому поводу — связь с Лаурой сохранилась. Он чувствовал направление к девчонке, но казалось, что она где-то далеко.

«Понятия не имею», — призналась демоница, явившись в образе Лары Крофт.

Ступни зачесались, покрываясь плотной чешуёй, и Стриж перестал ощущать леденящие прикосновения камня. Было немалое искушение попросить подобную защиту для всего тела, но чёрт его знает, что ждёт впереди, а тратить ограниченный запас энергии демона не хотелось.

Внимание Лёхи привлекла какая-то горка тряпья у одной из стен. Подойдя ближе он осознал, что видит труп. Холод не дал телу разложиться, превратив в мумию, а судя по проглядывающим кое-где костям и затейливой причёске — это самое тело некогда принадлежало эльфу.

Приглядевшись, Стриж заметил изрядно проржавевший, но всё ещё узнаваемый наконечник арбалетного болта. Судя по всему, некогда болт торчал из горла эльфа, но за прошедшие годы древко истлело и разрушилось.

Покойника кто-то пристрелил.

Что характерно, кольчуга была в идеальном состоянии без следа ржавчины под слоем пыли.

Трогать броню Лёха не рискнул. Чёрт его знает, может в ней тоже сидит какой-нибудь демон, да жрёт носителя. Хотя, учитывая болт в горле, это маловероятно.

«Демонической силы там нет, — авторитетно сообщила Белочка. — Если она там когда-то и была, то сейчас это просто кусок металла».

Это успокоило Стрижа и он, не особо раздумывая, вытряхнул покойника из кольчуги. Тому она всё равно уже без надобности, а ему, Лёхе, может спасти жизнь. Мало ли что ждёт впереди.