Поступь Слейпнира: Поступь Слейпнира. Варвар для особых поручений

 – Ещё и сами проверить попытаются, есть чего, или вправду пустыми пришли.

– Ну, пусть попробуют, – фыркнул Юрген.

Слова Вадима оказались пророческими. Следующей ночью вахтенные будили экипаж трижды. Дальше хуже. Третьей ночью вода вокруг драккара просто бурлила. Не успевала одна лодка отойти, как к кораблю подходила другая, и всё начиналось сначала. Устав от такого внимания, Свейн пообещал снести башку первому, кто ещё раз осмелится сунуться к его кораблю.

Но этот ажиотаж не прошёл бесследно и для самих северян. На четвёртый день к драккару пристал корабль таможенной службы, и знакомый уже чиновник, перебравшись на палубу корабля северян, мрачно спросил, с подозрением поглядывая на Свейна:

– Как понимать, что у ваших бортов постоянно крутятся представители местного дна?

– Мы бы и сами хотели это понять, – ответил Вадим вместо капитана.

– Хотите сказать, что приходя сюда, они уходят ни с чем? – скривился чиновник.

Вадиму сразу стало ясно, что он не верит ни одному его слову. Нужно было срочно делать что-то, что заставит его принять сторону северян.

– Вы и ваши люди лично обыскали наш корабль и позволили войти в порт. Кроме пушнины, у нас нет ничего, что могло бы заинтересовать этих людей. Так что, если охрана порта избавит нас от такого назойливого внимания, мы будем только рады.

– Вы это серьёзно? – растерялся чиновник.

– Совершенно.

– Мы не можем приставить охрану к каждому кораблю, находящемуся в порту, – нехотя признался чиновник.

– В таком случае, думаю, вы не будете против, если мы вдруг применим самые суровые меры к тем, кто побеспокоит нас ещё раз? – с интересом спросил Вадим.

– Чего? – разинув рот, протянул таможенник.

– Ещё раз кто-нибудь сунется, утопим, – перефразировал свой вопрос Вадим.

– Ты это откуда такой взялся? – растерянно спросил чиновник.

– А это так важно? Я есть, и я здесь, остальное неинтересно.

– И куда этот мир катится? Даже варвары начали заумные разговоры вести, – покачал головой чиновник.

– Мои друзья называют меня книгочеем. Надеюсь, объяснять, что это значит, вам не нужно? – улыбнулся Вадим.

– Хочешь сказать, что обучен чтению и письму? – не поверил чиновник.

– Да, но умею это всё я на своём языке, – кивнул Вадим.