Дремучий случай

— Дыши-дыши, — промурлыкал я и уточнил: — Пока дыши, — и покосился на брошенное яблоко. — Мусорить в подъезде неэтично.

Моха трясло, он хватал ртом воздух и не мог вымолвить ни слова.

— Саша! — донесся из квартиры женский голос, видимо, его мамы. — Кто там?

Мох боязливо оглянулся, снова беззвучно пошевелил губами и так и остался стоять.

— Друг, — тихо подсказал я. — Мама, я выйду на полчасика и вернусь. Ну!

— Одноклассник, мам! — наконец, разродился Мохов. — Я в подъезд. Сейчас вернусь!

Мох снял с вешалки женское пальто, завернулся в него, как в махровый халат, и вышел ко мне на лестничную площадку.

Его все еще трясло.

— Успокоился, — жестко приказал я. — Быстро!

— Т-ты ж-ж-жи-в-вой? — выдавил он.

Его страх меня умилял, надо же, меня еще хоть кто-то боится.

— Живой-живой, — заверил я со злорадной улыбкой. — Не добили. А теперь спрашиваю я. Понятно? Не ответишь, труп ты.

— Мама! — завопил он и бросился назад.

— Дебил, — прошипел я, зажал ему рот и потащил вниз. Надо признать, он не особо сопротивлялся, то, что он меня панически боялся, сыграло мне на руку.

Я успел, дома его не услышали.

Я стащил его на пару этажей вниз и отпустил.

— Еще одна такая выходка, — предупредил я, — и я престану быть таким добрым. Понял?

Мох закивал. Китайский болванчик, дремучий случай.

— Что случилось с Игой? — спросил я.

— Застрелили.

У-у-у, клинический случай. Пояснил, называется. Прямо руки зачесались. Нет, пожалуй, нос я ему сегодня все-таки сломаю…

— Спокойно и по порядку, — приказал я.

 — Спокойно! — я присел на подоконник и приготовился слушать. — Что случилось после того вечера на кладбище?

Мох нервно потер переносицу, будто почуял, куда я мечу. Вздохнул и начал более-менее спокойно:

— Мы ушли с кладбища. Сазан ликовал. Остальные были в шоке. Ига особенно, все тер руки, будто на них еще осталась твоя кровь, — я закатил глаза: таких подробностей я не просил. Но Мох продолжал, и я не стал его перебивать. — Мы вернулись в подвал. Посидели там.

Сазан доказывал, что пора идти на дело, что надо забыть о тебе и продолжать работу. Ига с ним поспорил, доказывал, что в таком состоянии идти на дело глупо. Но Сазан победил, все его поддержали, Ига сдался, и… — он задохнулся и замолчал.

— И вы пошли, — подсказал я.

— Да, — снова закивал он. — И мы пошли. Сазан не смог снять сигнализацию, как это умеешь делать ты… Приехали менты. я не знаю, как они так бесшумно подкрались! Все думали, что все идет по плану.