Дрейф

Боль мгновенно очнулась, плавя края раны раскаленным свинцом, и женщина засрежетала зубами. Но кости черепа вроде целы. В аптечке еще оставалась упаковка бинта, и она, как могла, сделала себе перевязку."

"— Теперь в путь, — вслух проговорила Веста, одеваясь. На ней были все те же спортивные штаны и красная «ковбойка». — Мы и так тут задержались…

С этими словами она прошла в рубку.

Спустя несколько секунд яхта ожила — вздрогнув, заурчал двигатель, послушно затарахтел трюмный вентилятор.

— В путь, — повторила Веста, и в этот момент зазвонил телефон.

Она дернулась, как от сильной пощечины.

Кто это?!

Непослушными пальцами она схватила трубку, краем глаза заметив, что высветившийся номер определился всего одной буквой «Б»:

— Кто?!

На другом конце провода повисло тяжелое молчание. Казалось, человек замер, жадно вслушиваясь в голос Весты.

— Кто это?! — хрипло повторила она, после чего связь прервалась. Не раздумывая, Веста тут же произвела обратный вызов, но он был мгновенно сброшен.

«Б. Что это за «Бэ» такое?!» — в смятении думала Веста.

(или Павлу)

человек попросту выключил телефон.

Через мгновенье Весту осенило. Она полистала записную книжку сотового, убедившись в своей догадке. Конечно, когда она лежала на диване, якобы усыпленная снотворным, Павел после неудачной попытки связаться с сообщником не придумал ничего лучше, чем вставить в ее спутниковый телефон свою сим-карту. Впрочем, на его месте она наверняка поступила бы точно таким же образом.

Значит, «Б»? Как там говорил Павел? Багор?

Помедлив, Веста сняла крышку с мобильника.

Искать свою сим-карту не было ни времени, ни желания. Может, Павел выбросил ее в море.

Да и зачем ей сейчас телефон?

Он ей совершенно не нужен.

А дружок Паси, этот таинственный «Б», или Багор, пусть ищет их самостоятельно.

«Поиграем в кошки-мышки?!»

Веста усмехнулась.

Мурлыча незатейливую песенку, она принялась отвязывать канат от буя.

Через несколько минут яхта неслась в открытый океан.

* * *Он полз из последних сил, но зловонная темнота накатывала склизкой жижей, волна за волной, обжигая гадостной вонью. Павел задыхался. Подтягивая руками свое странно непослушное тело, он в отчаянии взывал о помощи, но болото неумолимо приближалось, постепенно засасывая его в свою бездонно-ледяную топь.

— Мальчик мой.

Он дернулся, услышав донельзя знакомый голос.

Поднял голову и оцепенел, увидев перед собой Весту.