Драконы космического флота

Я неосознанно выгибаюсь и вырываю руки из рук кассы, но уже всё бесполезно. Она сбрасывает на меня эту адскую боль.

От боли до крови впиваюсь зубами в собственную губу. Валюсь на бок и теряюсь в этой агонии. Голова разрывается, разбивается на осколки, черепки, во рту стоит металлический вкус крови и собственной желчи.

Ощущение, будто моё тело проходит через адскую мясорубку. Каждая клетка моего тела содрогается и измученно кричит.

В какой-то миг мне начинает казаться, что я плавлюсь и горю изнутри, и даже в носу появляется стойкий запах палёной плоти.

В следующий миг мне кажется, я сейчас умру, и внезапно всё проходит, словно кто-то просто вырубает эту музыку боли внутри меня.

Я не верю, что всё прошло. Лежу в позе эмбриона и моё тело, ощутив страшные муки, всё ещё вздрагивает и напряжено в ожидании новых порций боли.

К счастью, её больше нет.

Медленно переворачиваюсь, опираюсь на руки, колени, глубоко и тяжело дышу.

Смотрю на пол и вижу, как подо мной образуется небольшая лужица крови.

Медленно сажусь и наталкиваюсь взглядом на Олив.

— Ты – молодец, — говорит она очень тихо, за что я ей благодарна. Мой слух сейчас необычно острый. — Ты быстро «переварила» эту боль и отпустила её.

— Долго? — выдыхаю я шипяще-хриплым голосом — Долго это длилось?

— Минуты три, — отвечает Олив.

Неуверенной рукой шарю в своей сумке и вытаскиваю пачку салфеток.

Вытираю с лица кровь. Олив берёт другую салфетку и вытирает мою кровь с пола.

— Это было… ужасно, — говорю, наконец, когда я возвращаю себе нормальное дыхание, давление и сердцебиение. Можно жить.

— Да, — кивает касса, вздыхает и говорит с сочувствием: — Адмирала очень жалко. Что за болезнь у него ты знаешь?

Невесело хмыкаю и произношу:

— Знаю. Идиота кусок называется.

Олив не понимает меня, но вопросов не задаёт. Умная девушка.

Но всё же меня передёргивает от ужаса, что испытывает адмирал. Это просто… чудовищные муки. И он добровольно обрекает себя на этот ад.

Мы поднимаемся на ноги. Меня шатает, как пьяную, пол под ногами словно идёт волнами. Мне требуется несколько секунд, чтобы убедить собственное тело, что всё в порядке.

Беру свою сумку, перекидываю её через плечо и выходим мы с кассой с таким видом на лицах, будто на экскурсию ходили. К счастью на третий уровень никто не прибежал.

— Олив, возвращайся к себе, а мне надо закончить дело, — говорю ей, когда мы идём к лифту.