Драконовы меры (СИ)

Было сложно разобраться, сплю я еще или уже нет. А затем медленно, по капле, до меня стало доходить, что зуд никуда не делся. Мне все также казалось, что катаюсь по высохшим хлебным крошкам. Может, они прилипли просто?

Надеясь, что так оно и есть, но, уже не будучи очень уверенной, провела ладонью по плечу, надеясь стряхнуть прилипшие колючки. И едва не застонала в голос. Все тело было покрыто мелкими бугорками, которые на прикосновение отозвались невероятным зудом. Уже вполне осознавая, что это такое, я в остервенении принялась скрести кожу ногтями, надеясь хоть немного унять зуд.

— Инг? Что случилось? — Малиаз проснулся то ли от шума, то ли оттого, что перестал рядом ощущать рядом тепло моего тела.

— У меня аллергия на тебя, дракон.

— Что? — сонно моргая и потряхивая головой, отчего огненные волосы упали на лицо, переспросил мужчина, не понимая.

— Аллергия. У меня. На тебя. Аллергия! — не в силах остановиться, но понимая, что еще немного, и просто пораздираю кожу до крови, зло проговорила по слогам.

— Перестань, успокойся, — поймав меня за руки и резко притянув к себе, потребовал Малиаз. Я чувствовала, как взволнованно бьется его сердце. — Сейчас что-нибудь придумаем.

— Что ты тут придумаешь? — голос прозвучал так жалобно, что мне захотелось обнять саму себя. Но разве это могло помочь.

— Придумаем. Мама мне делала ванны с пекарским порошком, когда я упал в овраг с крапивой. Это должно помочь.

Малиаз подскочил с постели и резко распахнул шторы, впуская в комнату утренний свет.

— Пекарский порошок? Я больше глупости в жизни не слышала! — едва сдерживаясь, прикрикнула я на ящера.

— Поможет. Он определенно поможет, — на мгновение подойдя ко мне и рассматривая красную кожу на плечах и щеках, пообещал дракон. А затем быстрым шагом направился к двери, даже не озаботившись тем, чтобы натянуть штаны поверх белья.

— А потом, что мы будем делать? — зло выкрикнула в широкую драконову спину, понимая, что теперь ни о какой поруганной чести можно даже не мечтать.

Малиаз замер. Плечи слегка ссутулились, но только на мгновение.

— Это не ожоги. С этим уже можно работать, — не поворачиваясь, решительно заявил мужчина и вышел вон, не закрывая дверь.

Через полчаса я лежала в огромной, наполненной горячей водой ванне, куда щедрой рукой Малиаза было высыпано едва ли не полбанки пекарского порошка.