По осколкам

У меня нет ни одного, как реагировать сейчас на то, что происходит.

В горле встает ком.

Падаю на спину на свою подушку.

Что происходит?

Она не была в дрова вчера, чтобы сейчас вдруг очнуться и не отвечать за то, что мы делали вчера. Она была вменяемая. Расстроенная, нетрезвая, но вменяемая.

— Диночка… — сжимаю я ее руку.

— Прости, Паш, прости… — захлебывается слезами она. — Прости меня…

Преодолевая ее сопротивление притягиваю за плечи к себе.

— Ты что говоришь, Дин?..

— Господи, — закрывает она лицо руками.

— Ты не помнишь?! — отрываю я руки от ее лица."

"— Я все помню!! Я НЕ ПОНИМАЮ!

Бросается ко мне на шею.

— Пашенька… ты прости меня, дуру… Ты не говори ничего Арсу, слышишь?!

Отрываю ее от себя, пытаясь поймать ее неадекватный взгляд.

— Дина! Ты хочешь скрыть от Арса, что переспала с другим мужчиной?

— Да не хочу я ничего скрыть! — отталкивает меня в эмоциях. — Я хочу, чтобы ты скрыл! ТЫ!!!

— Я не понимаю.

— Не говори ему! Что это был ТЫ не говори ему!

— О*уеть… — дотягиваюсь я до брюк, доставая пачку сигарет.

Протягиваю одну ей.

Прикуриваю трясущимися пальцами.

— Послушай меня… — нервно выпускаю дым. — Я готов отвечать перед своим другом за то, что произошло, я готов открыто сказать, что… мы вместе, что я люблю тебя.

Её глаза обреченно закрываются.

— … но я не готов отвечать перед другом за то, что трахнул его пьяную жену, Дина!! — срывается мой голос. — Ты что делаешь со мной сейчас?! Что ты делаешь?! О чем ты просишь меня??

Тушу сигарету в пепельнице, подсаживаясь к ней и сгребая в объятия.

— Диночка… Я голову потерял… Я думать не могу ни о чем больше… Пожалуйста, я прошу тебя… не обесценивай то, что произошло… не превращай это в пьяный угар!

— Паша… — рыдает она, спрятав лицо у меня на шее.

— Я люблю тебя.

Сжимаю крепко-крепко.

— Ты хотела тепла, я дам тебе это тепло. Я дам тебе заботу, защиту… Не отталкивай меня. Давай попробуем.

— А как же Арс, он не переживет такого, Паш! Такого предательства! Я не смогу…

— О чем ты вчера думала, Дин?!

— Вчера? — поднимает она глаза.

— Ты помнишь себя?

— Я помню, — кивает. — Только не себя! Всё помню, что делала и как. Но… Это словно не я была. И я в тоже время. Знаешь, когда внутри темно становится и хочется всё уничтожить вокруг! Но выпустить себя не позволяешь. А вчера оно само как-то всё вылилось…

Растеряно смотрит на меня.

— Дин, — вспоминаю я ее необычно заторможенные блестящие глаза.