Дракон для ведьмы с доставкой на дом

А к ним блузки, футболки, кардиганы, жакеты, пальто… Столько всего, что она целый год разбиралась и запоминала названия.

Эх, если бы не ее фамильяр, жила бы Авелена в городе и работала в ателье, радуя женщин нарядами. Но, увы, родители из лучших побуждений настояли на ритуале призыва фамильяра из астрального слоя. Ты же в новый мир отправляешься, доченька, тебе нужен сильный помощник. На тебе, дорогая, полтонны счастья с копытами. Как хочешь, так и живи с ним в мире, где люди передвигаются на самоходных металлических повозках и живут в небольших клетушках, именуемых квартирами, а лошадей в основном видят только по всевизору, да на картинках.

Спасибо дорогие мамочка и папочка! И всемогущему Астралу тоже поклон низкий. Нет бы послать ей котика или сову... С другой стороны, спасибо, что не слон…

Авелена опустила голову, заметив, как недоуменно смотрят на нее окружающие. Да, в Артане женщины одевались как угодно, вот только платки, корсеты и пышные юбки в пол никто, кроме нее самой не носил.

Это считалось старомодным и смешным, о чем каждый раз ей напоминали соратницы по ковену. “Ох, а про них сейчас лучше вообще не вспоминать,” — подумала она.

Авелена еле поспевала за своим высоким спутником. Как там его? Дар... Да́рис Этеро́н.

Остановились они у двери с надписью “Красота без границ”. Ее спутник сделал глубокий вдох и вошел внутрь. Он достал свой дальнофон, уткнулся в него ненадолго, а потом продемонстрировал экран сотрудницам салона.

— Надо сделать так же или еще лучше, — он взял Авелену за плечи свободной рукой и подтолкнул вперед, к женщинам. — Только очень быстро.

Авелена успела кинуть взгляд на его дальнофон. Там виднелось фото той самой девушки, что свалилась с Розы. Слегка вьющиеся каштановые волосы распущены, губы томно приоткрыты, платье едва прикрывает место, откуда растут ноги, а на ногах… Авелена горько вздохнула.

На ногах красовались туфли с длиннющими, тонкими каблуками. Ладно, деваться некуда, один вечерок потерпит, не умрет. Ведьма еще раз вздохнула, наложила на свои белокурые волосы заклятье затемнения, чтобы облегчить труд мастериц салона красоты, и стянула с головы платок. Лицо ее выражало полную покорность. Мол, делайте со мной, что хотите, лишь бы клиент был доволен."

"Из салона они пошли в отдел с вечерними платьями.