Дракон чихнул (СИ)

Это с возрастом мы более терпимые становимся, а в детстве все бегали освобождать животных от людей.

— Куриц? — хмыкнула я.

— А чем птицы хуже прочих?

— Дело не в этом. Просто многие животные без человека уже не выживут на этой вашей свободе. Их тут же лисы или хорьки поймают, — осторожно объясняла я, стараясь не задеть чувства прирождённой вегетарианки.

— Да, наши старейшины так же говорят, но всё равно жалко всех, — сморщила личико Ляля, явно соболезнуя каждой зверушке.

У меня чуть было не выскочила шутка про погибшую в расцвете сил морковку, не успевшую увидеть своё потомство, потому что её сожрали безжалостные эльфы, про кровь юных помидорок, которую выпили, приправив солью… И не стала.

— Я знаю один трактирчик, где держат язык за зубами, — будто услышала мои мысли Ляля. — Там тебя будем кормить в ближайшее время. В табор запретное нельзя.

Я хотела расспросить подробнее про Волшебный Лес, но нас позвали к вечернему костру.

Посреди табора специально оставили большую площадку, не занятую кибитками и шатрами. Ляля шепнула мне, что это главный костёр, у которого собираются по вечерам, обсуждают важные события, ну и просто отдыхают.

К моменту нашего появления все новости, видимо, уже обсудили. И теперь нежно ныла скрипка в руках у одной из девушек, а пара мужчин настраивали свои гитары.

— Песнь исхода, — смахивая слезу, пояснила Ляля. — Мы до сих пор оплакиваем эту потерю.

— А за что вас выгнали из леса? — я не сразу решилась на вопрос, дождалась окончания красивой мелодии."

"— За нарушение диеты, — грустно улыбнулась мне какая-то девушка, подсевшая поближе. — Я Радамилиэль, сестра Ляли. Можно просто Рада. А тебя Мариной зовут, я уже знаю.

— И всё же, что такого произошло? — я засомневалась, что дело было только в еде.

— Кто-то из молодых эльфов начал рассуждать, что все вокруг едят мясо и прекрасно себя чувствуют. Что демонам и драконам оно особые силы придаёт. В общем, сперва только говорили, а потом решили попробовать. И ведь не пошли куда-то к людям или драконам, а в Священном Лесу охоту затеяли. Пока ели оленей, ничего не менялось. Всем так казалось. И постепенно даже старейшины попробовали новые кушанья.