Доверься мне

— Папа! — бросилась она к отцу, — ты куда меня отправляешь? Я не хочу жить в горах и ходить в кроссовках! — видно это было самое ужасное для неё. Я лишь тяжело вдохнула, и покачала головой. Как можно быть такой простой?

Георгий Петрович обнимал дочь и хмуро смотрел на меня. В глазах так и читалось, что тут происходит?

— Она не знает ничего о Швейцарии и где она находится, — пожав плечами, тихо сказала я."

"Альфа тяжело вздохнул и посмотрел на потолок. Мне кажется, он спросил у бога, где же мозги его дочери. Продолжая гладить дочь по голове, он сам пытался успокоиться.

— Ладно Ники, иди. Дальше я сам. Собирай свои вещи. Завтра утром у вас самолет.

Кивнув альфе, тихо выскочила за дверь. Надеюсь, он хоть немного дочь просветит. А мне и правда, пора собраться.

Так и пролетел весь день. Мне что бы собраться хватило получаса, и один маленький чемодан. Вещей у меня совсем мало, так как тратиться я не любила. Часть денег ушло на интернет курсы по ювелирному делу. Так как меня не выпускали почти из стаи, пришлось учиться так.

Утром третьего дня в аэропорту нас ждал частный самолёт, который и отвез нас к потенциальному жениху. Интересно за всеми выслали частные самолеты, или это нам так повезло? Лариса сидела в кожаном кресле и попивала шампанская, смотря вокруг как королева. Уже примеряла все на себе, или пыталась оценить состояние бедующего мужа.

Меня разбудил один из охранников, приставленных к нам. Будет странно, если приедет волчица и (лишь) (со) без служанки, не цивильно. Вот и приставили троих оборотней в охрану.

У трапа нас встретили три больших черных джипа и оборотень.

— Здравствуйте, меня зовут Люк, я буду вас сопровождать до поместья, — сказал волк открывая дверцу у центрального джипа.

Лариса царственно спустилась с трапа, и прошествовала к машине, покачивая бедрами. Как только не упала на таких громадных каблуках. Не поздоровавшись с Люком, она молча села в машину.

— Здравствуйте, я Ника, служанка. Спасибо что встретили нас. Надеюсь, мы не куда не опаздываем? — спросила я, подходя в оборотню.

— Все хорошо, вы последние, — улыбнулся мне волк.