Дом Зверя

"

"- Скорее! - возопил Горман. - Боже мой, он уже садится!

Она приподняла голову и посмотрела на вход в туннель. Отсюда зверя было вообще не видать.

А уж Горману - и подавно.

Она подняла на него слезящиеся глаза:

- Вы не можете…

- Черт тебя дери! - взревел он. - Пшла!

Она подняла руку. Он ухватил ее обеими руками за запястье и потянул на себя. Она больно ударилась скулой о край площадки. Он продолжал тянуть. Ее тело билось об оставшиеся ступени. С последним рывком он втащил ее наверх.

- Ладно, - сказал он. - Подъем.

Она не могла заставить себя пошевелиться.

Горман встал над ней и ухватил за бока. Его палец зарылся в дырку от пули подмышкой, отчего Дженис пронзила вспышка боли. Он поднял ее - сперва на колени, потом на ноги. Она попыталась удержаться, а он вдруг развернул ее спиной к себе и с силой толкнул.

Она летела головой вперед. Казалось, она падает уже целую вечность, крик нарастал в груди, когда лестница неслась навстречу. Она выставила руку, защищая лицо. Рука онемела. От удара ступенька разлетелась в щепки.

- Матушки мои! - донеслось сверху. - Навернулась!

Она приподняла голову, чувствуя смутное облегчение от того, что может двигаться. Вытянутые на полу ноги казались чужими. Кеды слетели во время падения.

- И все равно живехонька, - oна услышала шаги на лестнице. - Не иначе ты наполовину кошка. Колись, Дженис, ты наполовину кошка? Тебя прикончить труднее, чем твою мамашу. Экий Распутин!

В конце подвала, за нагромождением корзин, из-под земли потянулась рука.

Из дыры в полу подвала.

Мертвенно-бледная рука, заляпанная грязью, но блестящая в свете фонаря. Рука с длинными, крючковатыми когтями.

Дженис повалилась вперед, когда что-то (нога Гормана?) толкнуло ее в спину.

Горман перевернул ее.

Он оседлал ее, сел прямо на живот. И ухмыльнулся:

- К сожалению, - сказал он, - при падении ты расшибла голову, - oн сжал руками ее виски. - Не уверен, что силенок хватит, но давай попробуем? Попытка - не пытка.

Она собралась с силами и ударила его кулаком в бок. Он крякнул и поморщился.

- О, да ты у нас крутая.

Он заулыбался вновь, потом поднял глаза - и рот его распахнулся.