Договор на счастье

Лекси надкусила тост, продолжая вглядываться вперед. Ей казалось, что она уже начинает различать высокий и какой-то бесформенный силуэт на другом конце стола.

— Слушай, — она честно пока пыталась договориться по-хорошему, — я так понимаю, телефон мне пока не светит. Неужели и с друзьями видеться запретишь?

Она была уверена, что последует отказ. Но опять немного ошиблась.

— Я бы рад привезти сюда твоих друзей, — в голосе послышались чуть извиняющие нотки, — но это будет чуть позднее. Но ты можешь написать им письмо.

— Ты дашь мне воспользоваться Интернетом?

— Бумажное письмо, Лекси. И его доставят.

— Ясно, — помрачнела она, — и, конечно, ты сунешь в него нос.

— Зря ты ершишься. Поверь, все это к лучшему. Просто расслабься и наслаждайся отдыхом. Представь: тебя никто не отвлекает, ты можешь творить сколько угодно. Воспользуйся шансом.

Что-то царапало внутри. Насчет творить и наслаждаться. Только Лекси никак не могла ухватить мысль, отвлекала обстановка. Даже завтрак, явно вкусный, терял здесь свою прелесть.

— Знаешь, — она говорила громко и четко, — я не понимаю, какого черта тут происходит. Но если ты думаешь, что я побешусь и успокоюсь, то сильно ошибаешься. Ясно? Даю тебе сутки на раздумья.

— А дальше? — с любопытством поинтересовался таинственный собеседник. Лекси послала во тьму самую зловещую ухмылку и проговорила:

— Узнаешь.

С этими словами она развернулась и пошла, стараясь держаться прямо. И очень надеясь, что не запнется и не полетит вперед.

Не запнулась. Вышла и зажмурилась от того, как больно ударил по глазам солнечный свет, что заливал холл. Даже слезы выступили. Смаргивая их, Лекси добрела до низкого кресла и присела, дожидаясь, пока глаза привыкнуть после темноты.

Интересно, проникся ли похититель ее угрозой? Лекси постучала кроссовкой по разноцветному каменному полу. Кстати, надо подумать, как использовать письмо. Писать Хантеру — бессмысленно. Но ведь у них есть общие знакомые.

Лекси нахмурилась и встала. А еще следует изучить место заключения. И побыстрее выработать план побега. Ей не хотелось быть главной героиней современного варианта сказки о Красавице и Чудовище. Хотя бы потому, что она подозревала: здесь все может быть куда жестче и страшнее.

Голос молчал: то ли устал, то ли обдумывал ее угрозу. Вот и хорошо, а то от него мороз пробегал по коже.