Дочь моего врага 2

 — Я должен быть там! Я общался с ней, я знаю ее! Я смогу что-то заметить, почувствовать…

— Её семья точно знает ее лучше, чем ты, — равнодушно бросил Высший. — Идем, — кивнул он внуку. — Если мы придем, а его здесь не будет, — теперь он обращался к начальнику конвоя, — лично отгрызу голову каждому, — судя по тому, как испуганно сглотнули оборотни, угроза Высшего вовсе не была фигурой речи.

— Сообщите мне, как только что-то найдете! — крикнул Роман в закрывшуюся дверь. Как только оборотни ушли, конвоиры ослабили хватку.

— Проклятье! — ругнулся Манкулов, когда его силой усадили на кожаный диван. — Куда…куда она могла исчезнуть? — он запустил пальцы в свои волосы, до боли оттянув кожу головы.

— Как в воду канула, — прошептал начальник конвоя, не то пребывая в своих мыслях, не то поддерживая Романа. — У меня дочка ее возраста. Как представлю, что он пропала бы…с ума схожу. Честно скажи: твои девочку украли? — прищурился он, глядя на Романа как на ядовитую змею. В глазах читалось явное желание отрубить голову опасному гаду, которым он считал альфу.

— Нет, не мои, — уверенно отозвался Роман. Нет, не может такого быть. После нападения на Юлю он устроил в стае такую головомойку, что решиться на похищение мог только отъявленный самоубийца. Среди его родственников таких нет. Да и чтобы провернуть подобное, требуется долгая подготовка. Это нереально организовать втайне от стаи. А если знает кто-то один, то вскоре узнают и все остальные.

— Не обязательно, — возразил ему начальник конвоя. — Когда ты сцепился с щенком Капуловых, она могла испугаться и сбежать. Девочки очень чувствительны. Я-то знаю, у меня три дочки. Чуть что — сразу наутек. Она могла выйти куда-то, а никто и не заметил.

"— Когда узнаю, кто это сделал — убью, — прорычал Манкулов, сжав пальцы в кулаки. За агрессией и ненавистью хорошо получалось прятать разрывающий душу страх. Если бы не было здесь свидетелей, он бы рухнул на колени и взвыл в полный голос. Вероятность того, что Юля все еще жива просто ничтожна. Если ее похитили, то похититель должен обозначить свои требования, а он молчит. Семья девушки не получала никаких сообщений.