Добыча зверя

Радостно насвистывая, я вернулся в дом и сразу направился в ванную, где висело единственное здесь зеркало. Положил топор на унитаз и сбегал в спальню, где лежала сумка с моими вещами, чтобы взять оттуда пену для бритья. Вернувшись, намазал морду лица и поднес топор к физиономии. Неудобно как-то. И топорище мешается. Поводил лезвием по щетине и понял, что все это фигня. Лучше опасной бритвой орудовать, удобнее. А то… лицо же неровное. Топор оставляет некрасивые проплешины. Никогда больше такой фигней заниматься не буду.

Недовольно пофыркав, прислонил топор к унитазу и побрился нормальной бритвой. Ну…, хоть попробовал. Потом послонялся по дому. Су-у-учно. И есть снова захотелось. До Степаниды что ли сходить? Вдруг накормит? Или лучше съездить? Ночь все-таки.

– Да ну! Кого мне тут опасаться? – Прикинул я и сошел с крыльца, на всякий случай еще раз проверив перила на наличие ловушек.

Домик Степаниды должен был находиться неподалеку от березовых ворот, иначе она бы не смогла так быстро примчаться, чтобы в меня ружьем потыкать.

– Чего приперся? – Дуло ружья уперлось мне в затылок так же неожиданно, как и в прошлый раз. А самое главное, я вновь не услышал никаких шагов. Да что там, даже ни один листочек не шелохнулся. Нашей разведгруппе у этой ведьмы бы поучиться…

– Есть хочу.

– Так жри то, что приготовил. Куда поперся-то ночью? – Прищурилась она.

– Не ночь еще. – Я демонстративно покосился на подсвеченный циферблат наручных часов.

– Ты – идиот! – Сказала она с мученическим вздохом. – В лесу, когда темно, тогда и ночь. И охотятся ночные хищники именно в это время.

– Я не дурак. – Обиделся я.

– Дурак куда умнее тебя. У него хотя бы инстинкт самосохранения работает.

– Я жрать хочу! – Вспылил.

– Так жри то, что приготовил. Нефиг тут ползать. – Зло ответила она.

– У тебя есть еда. – Напомнил я ей."

"– Не для тебя. – Рыкнула Степанида. – Езжай в город, там полно готовой еды, придурок. Я тебя кормить не нанималась.

– Тогда я приду к твоему дому и сдохну с голоду. – Радостно улыбнулся я.

– С твоей тушкой долго подыхать придется. – Хмыкнула она.