Добыча хищника (СИ)

Он найдет… из преисподней достанет того, кто убил ее. Он вернется в тот дом, чтобы бережно обойтись с ее телом. Он отвезет ее к родным и похоронит. Он будет оплакивать ее. Всю жизнь, если понадобится.

– Костя?

Он вздрогнул.

Кто-то стал свидетелем его скорби? К черту, даже если это сам архангел Гавриил, спустившийся с небес по его душу.

Суров готов был рвать зубами – его горе только его.

Убрав руку от лица, он увидел Шилова.

Его друг сидел рядом на стуле, накинув на плечи халат.

– Живой, сука, – на квадратном, суровом лице полковника возникла усмешка, – ну ты и дурак! Я в жизни так не волновался!

Суров не чувствовал себя живым – сейчас нет.

Он не понимал, как именно ему реагировать на слова Шилова. Бросится на него с кулаками, разбить ему лицо или… пожать руку?

– Как я здесь оказался?

– Твоя девчонка, – сказал Шилов. – Эта Эля… она сказала. В покое никого не оставила, пока тебя сюда не доставили.

Константин почувствовал, как его сердце тревожно забилось.

Он спит?

Умер?

– Что с ней?

– С кем?

– С девчонкой? С Элей, черт возьми? Что с ней? Где она? Говори, твою мать!

– Эй-ей-ей, – изумился Шилов, – да угомонись ты! Все с ней нормально.

Суров понял, что напряжен так, что все тело одеревенело.

Легкие сдавил чудовищный спазм, и Суров откинулся на кушетку, едва заглатывая спасительный кислород.

– Она жива? Жива, Шило? Эта девочка… моя девочка… она жива?

Петр какое-то время глядел на друга изумленно.

– Да, Кость, жива, – ответил он, между тем, без должного восторга. – Она оказалась в Климовске. Понимаешь, как ее туда занесло?

– Нет."

"– Она взяла твою машину.

Суров улыбнулся.

Она умница.

– У нее метка, Костя. Она набрела на убежище, и с ней бы, наверняка, сделали то же, что делают с остальными девчонками с этой дрянью на лице. Но мне позвонила Рудова.

– Рудова, – повторил Константин, вспоминая коротко стриженную женщину-врача.

– Если я правильно понимаю, то какая-то часть вашего эксперимента можно считать удавшейся?

– Что? – прошептал Суров, теряя от изумления нить беседы. – Что за чушь?

– Он ее не убил, Сура. И даже не тронул. Понимаешь, о чем я?

– О чем? – как идиот переспросил Константин, медленно раздражаясь.

– Прошло больше суток.

– Метку поставил наш пленник, – наконец, до Сурова разом дошел смысл всего случившегося.