Доблесть великанов

– Кроме Сальваторе Мелони, которого как раз сейчас прячут вместе с семьей в другом штате, – напомнил Лоусон.

Они спустились вниз, в холл отеля, чтобы пройти в свое крыло. Их сопровождали сразу двое охранников.

– Вирджиния поедет в другое место, – сообщил Лоусон. – У нас двадцать минут, чтобы собрать свои вещи и выехать из отеля. Эти господа будут нас сопровождать.

– Нет, – упрямо ответил Дронго, – сначала я должен ее увидеть.

– Это необязательно, – возразил Лоусон, отводя глаза, – давай уедем.

– Если ты мой напарник, то должен хотя бы говорить правду, – строго произнес Дронго. – Что произошло? Почему сначала она спала, а сейчас я не могу ее увидеть?

– Ты сможешь поговорить с ней по телефону, – повторил Лоусон, – ее сейчас увезут в другое место.

– Извини, – решительно сказал Дронго, – я иду к ней.

– Она себя плохо чувствует, – схватил его за руку Лоусон.

– Именно поэтому я иду к ней, – уже не колеблясь, заявил Дронго, направляясь к номеру Вирджинии Луань.

Эксперт постучал в номер, и дверь открыла неизвестная женщина. Ей было чуть больше сорока. Перекрашенная блондинка с тяжелой челюстью и внимательным взглядом.

– Что вам нужно? – строго осведомилась она. – Зачем вы сюда пришли?

– Вы не спросили, кто я такой, – заметил Дронго, – значит, должны понимать, почему я сюда пришел.

– Не нужно было сюда приходить, – покачала она головой.

– Вы врач или психолог? – неожиданно спросил он.

От неожиданности женщина даже отступила на шаг и изумленно взглянула на гостя.

– Я – врач-психолог. А вы, очевидно, господин Дронго? Тот самый эксперт?

– Меня обычно так называют, – кивнул эксперт. – Я могу видеть Вирджинию? Полагаю, что вы все понимаете сами."

"– Думаю, что да, – ответила врач. – Хорошо. Вы можете с ней поговорить. Только пять минут.

Она вышла в коридор, а Дронго вошел в номер. Вирджиния сидела в кресле. У нее был несколько усталый вид, но внешне она выглядела неплохо. Увидев Дронго, она улыбнулась, протянула ему руку и сказала:

– Это я должна была тебя спасать, а получилось, что ты спас меня.

Рука была холодной.