Неукротимый граф

"

"Апплтон опустился в свободное кресло и, заказав бренди, сообщил:

– Я навещал старину Беркли, но так и не смог уговорить его приехать в клуб. Он очень нелюдимый, наш Беркли. Не говоря уж о том, что крепкие напитки и карты – не его стихия.

– Очень жаль, – пробормотал Оуэн.

– О чем беседуете, джентльмены? – поинтересовался Апплтон, когда слуга принес ему бренди.

Кавендиш изобразил улыбку.

– Оплакиваем беднягу Монро, которому в скором времени грозит венчание.

Апплтон едва не выронил свой бокал.

– Монро?.. – пробормотал он в изумлении. – Только не говорите мне, что он уже помолвлен. Ни за что не поверю!

– Пока не помолвлен, – отозвался Оуэн, отдавая слуге пустой бокал и заказывая полный.

– Да, пока нет, – кивнул Свифтон. – И все же отец весьма недвусмысленно дал ему понять, что помолвка должна состояться не позже, чем через месяц. Причем – с весьма своеобразной леди.

– Это так? – с улыбкой Апплтон и приподнял свой бокал. – Поздравления принимаются? И кто же эта счастливица?

– Леди Лавиния Хоббс, – сообщил Кларингтон.

Улыбка покинула лицо Апплтона, и он опустил бокал.

– Только не говори, что у тебя в запасе тоже имеется какая-нибудь отвратительная история, – замахал руками Оуэн.

– Ну, я… – Апплтон отвел взгляд.

– Можешь сказать, – произнес Кавендиш. – Он уже кое-что знает о ее тяжелом характере.

– Да-да говори! Я готов к самому худшему. Хотя хуже того, что я уже услышал, быть не может, – со вздохом добавил Оуэн.

Апплтон откашлялся и проговорил:

– В прошлом году я присутствовал на званом обеде у Кендаллов, и леди Лавинию так разозлило внимание одного джентльмена, что она швырнула ему в лицо бокал с красным вином, затем сорвала со стены гобелен и выбежала из столовой.

– Этот джентльмен чем-то ее обидел? – Глаза Свифтона округлились. – Или, может быть, он сказал какую-то непристойность?

– Нет-нет, – Апплтон покачал головой. – Позже он сообщил Кендаллу, что всего лишь заметил, что хозяйка дома очень хороша собой и весела.

Оуэн судорожно сглотнул и ослабил узел галстука – ему вдруг почудилось, что он вот-вот задохнется.

– Насчет того, что хуже быть не может, – беру свои слова обратно, – пробормотал он.