До потери пульса

– А у Дмитрия Сергеевича?

– Я не знаю, – скромно ответила кухарка. – Это не мое дело.

– Даша, то, что ты сплетни по поселку не разносишь, это хорошо. Но если я тебя о чем-то спрашиваю, значит, мне надо это знать, – строго сказала ей Болдырева. – Не говорила ли тебе Шура, что ее хозяин жениться собирается?

– Ну как же – говорила, – подтвердила девушка и присела на свободный стул. – Дмитрий Сергеевич действительно хочет жениться. Он уже месяца два об этом говорит, только тетя Шура свою будущую хозяйку еще не видела.

– То есть невеста Калинина пока здесь не живет? – уточнила я.

– Да ее и в Тарасове-то сейчас нет. Дмитрий Сергеевич ее лечиться в Германию отправил.

– Она что же, больная? – удивилась Виктория Леонидовна. – Разве вокруг здоровых женщин мало?

– Нет, просто Мария Васильевна в аварию недавно попала, травмировало ее сильно. Вот Калинин и решил, что ей надо пройти в Германии курс лечения. Она уже около месяца там находится, и Калинин тоже собирается туда поехать на следующей неделе. А вообще он и кольца уже купил…

Болдырева вопросительно уставилась на меня.

– Скажите, Даша, у Калинина есть синий «Фиат Добло»? – спросила я.

– У Дмитрия Сергеевича много машин. И синяя есть, только я в марках не разбираюсь. – Девушка задумалась. – Хотя тетя Шура как-то раз мне говорила, что ездила на «Фиате», с водителем, на рынок.

– Как этот водитель выглядит?

– Ему около тридцати, высокий такой, мускулистый.

– Ясно. – Я дала Болдыревой понять, что мое любопытство полностью удовлетворено.

– Ну что ж, Даша, спасибо за информацию, надеюсь, ты понимаешь, что Шуре об этом рассказывать необязательно?

– Да, конечно, – сказала девушка, поднимаясь со стула. – Чай нести?

– Минут через десять.

– Хорошо. – Даша поклонилась и вышла из гостиной.

– Татьяна Александровна, неужели это все, что вы хотели узнать?

– Откровенно говоря, я думала, что Мария живет здесь и крутит Калининым, как хочет, но, как выяснилось, она лежит в немецкой клинике…

– Вас это расстраивает?

– Чисто по-человечески я рада за Машу – у нее вся жизнь впереди, а с лицом, изуродованным в результате аварии, радости от этого девушке было бы мало.

– Трудная у вас, однако, работа, – посочувствовала мне бывшая клиентка.

– Не хуже, чем у домашней прислуги или швеи-мотористки.