До последней звезды

 – Занзибарский водосвин – это редкий, вымирающий вид отряда водосвинов, обитает в бассейне реки Лимпопо, обладает ценным мехом, но уже давно занесен в Красную книгу…

– А здесь, в музее, есть его чучело? – оживилась Лола. – Я очень хотела бы взглянуть на него…

– Кажется, есть, – задумалась старушка. – Оно должно быть в соседнем зале, рядом с пекари и капибарой…

Она решительно двинулась вперед по проходу между витринами. Лола и адвокат поспешили следом.

Перейдя в соседний зал, старушка остановилась рядом с огромной витриной, где тигр с окровавленной мордой терзал небольшую дикую свинью.

– Ужас какой! – воскликнула Лола. – Это что – и есть водосвин? Как он плохо выглядит!

– Почему же? Это замечательная композиция, настоящий шедевр таксидермии…

– При чем здесь такси? – удивилась Лола.

– Какое еще такси? – Старушка подняла брови. – Таксидермия, девушка – это искусство изготовления чучел! И эта композиция – один из блестящих образцов… видите, животные здесь как живые…

– Свинья уже не совсем живая… – вставила Лола.

"– Нет, – Амалия Густавовна покачала головой. – Это обычная пекари, южноамериканская дикая свинья. Занзибарский водосвин находился рядом, но сейчас его почему-то нет на месте.

Она показала на пустую витрину.

– Наверное, ушел к знакомой водосвинке, – предположила Лола.

Старушка не оценила ее юмор, а возможно, просто не расслышала реплику. Склонившись над пустой витриной, она читала оставленную там записку.

– Все ясно, – сообщила она, выпрямившись.

– Кто это – Сергей Прохорович?

– Таксидермист-реставратор. Очень хороший специалист…

Амалия Густавовна пожевала губами, словно хотела что-то добавить, но передумала.

– Значит, мне не удастся на него взглянуть? – огорчилась Лола.

– Скорее всего, не удастся, – кивнула Амалия Густавовна. – Сергей Прохорович – человек со странностями… он очень не любит, когда ему мешают. Вообще, мне кажется, он не любит живых… имеет дело в основном с чучелами…

– Ну, думаю, нам с ним удастся найти общий язык! – заявил адвокат, гордо выпятив грудь.

– Тринадцатая комната, налево по коридору, – сообщила Амалия Густавовна. – Только посторонним туда не положено ходить…

– Я адвокат, – отозвался Аристарх Алексеевич. – Значит, для меня не существует закрытых дверей, и я нигде не посторонний!

– И имейте в виду, он большой оригинал! – напутствовала их старая хранительница.