До последнего вздоха

Тут же последовавший за этим тычок под рёбра был ощутимей предыдущего.

— В машину, — открыла Динара дверцу и жёстко, приложив пистолетом, толкнула меня внутрь.

В голове с неистовой скоростью вертелись шестерёнки. Я сделала вид, что играю по её правилам, но в последний момент извернулась и что было сил ударила её дверцей. Сука зашипела. Выскользнув из машины, я бросилась на неё в попытке выхватить ствол, но недооценила её. Рукоять с такой силой ударилась мне в локоть, что на миг перед глазами поплыло.

— Ты думаешь, я шучу?! – процедила она, целясь мне прямиком в грудь.

– Ещё шаг, и я оставлю в тебе пару дырок, поняла? — в её пальцах появился телефон. Набрав кому-то, она приказала: — Тащи сюда малявку.

— Не надо, — внутри всё оборвалось. Рука ныла от удара, во рту пересохло. Динара сощурилась.

— Подожди, — поигрывая пистолетом, указала мне на сиденье.

Я бросила взгляд на дом, на целящуюся в меня суку и всё-таки села. Захлопнув автомобиль, она обошла его спереди и заняла место за рулём.

Мне бы хватило этих секунд, чтобы оказаться на улице и скрыться в темноте. Но…

— Что тебе от меня нужно?

Её красный рот искривился в снисходительной усмешке. Не выпуская ствол, она завела двигатель. Машина бесшумно тронулась с места. Я обхватила левое запястье. Сжала до боли. Динара смотрела вперёд, на чёрную змею дороги, я – на неё. Фары она включила, только когда мы отъехали от дома на пару сотен метров. Среди клочков мыслей я выхватила одну – если бы Дэн был с ней, так осторожничать она бы не стала.

Но облегчения это не принесло.

— Покатаемся? – она изогнула тонкую бровь. Мельком глянула на меня.

— Покататься я могу и без тебя.

Что они с Алексом не поделили? Мне до трясучки не нравилось, что он водит с ней дела, но сколько мы не скандалили по этому поводу, ничего не менялось. Как демонстрировали шлюхи её модного дома его камни, так и продолжали демонстрировать. Просить Алекса было бессмысленно, угрожать ему тем более. Но поверить в то, что он решил засунуть меня сюда из-за этой твари… Да он бы раздавил её, как моль!

Салон машины пропитался её тошнотворными духами.

От воспоминаний о дне, когда я впервые вдохнула этот запах, меня передёрнуло. Прикосновения этой дряни были далеко не самым отвратительным, что мне довелось пережить, но именно этим они и были. До неё меня не касалась ни одна женщина, не касалась и после.

— Вспоминаешь наше знакомство? – на сей раз взгляд её был более долгим. – Можем повторить.