До последнего вздоха

Я безошибочно бы отыскала его без света, если бы разом померкли не только фонари, но и звёзды с луной. Чуть погодя радостно залаяли доберманы. В деревьях ухнула и умолкла сова. Ева уже сама высвободилась из моих рук.

— Прости, — стёрла слёзы и попыталась улыбнуться. Это «прости» было уже совсем другим.

Она поёжилась.

— И правда холодно.

— Только сейчас заметила?

Из темноты вынырнули две собаки. Остановились возле нас. В руку мне с силой ткнулся мокрый нос. Я погладила огромного пса по голове. Тихонько заскулив, он облизал мои пальцы.

— Они соскучились, — улыбнулась сестра. – Мы все по тебе соскучились.

Третий доберман влез прямо между нами.

Мне и раньше случалось уезжать на несколько дней. Порой в особняке не оставалось никого – только обслуживающий персонал и охрана. Но никогда собаки не вели себя так… Так, словно уже не надеялись на встречу. Сильные, выдрессированные и наученные убивать псы лизали мне пальцы и скулили, преданно заглядывая в глаза. Виляли обрубками хвостов и жались к ногам.

— К Надьке хочу, — выдохнула сквозь набежавшие слёзы.

Из глаз только справившейся с собой Евы опять потекло. Капля оставила след на щеке и сорвалась вниз, за ней другая. Собаки заскулили сильнее, чувствуя, что с нами что-то не так. Тычок в пальцы, горячий язык… Здоровый кобель прильнул ко мне с такой силой, что я пошатнулась. Ева сдавленно засмеялась. Ей тоже досталась порция абсолютной любви. Собак было уже пять.

— Идите к своему хозяину, — скомандовала я.

Доберманы не послушались. Самый старший – верный Бонд, сунул голову мне под ладонь.

— Мы с Надей сегодня перечитали сказку про Селену, — улыбнулась Ева.

— Про Селену? – переспросила с непониманием. В питомнике ям уже слышала это имя. От Алекса. Или от Сильвера… — Да кто такая эта Селена?

— Ты разве не знаешь?

— Понятия не имею.

Мы наконец подошли к крыльцу.

— Так кто такая Селена? – спросила, как только мы оказались в доме.

Ева хитро улыбнулась уголками губ.

— Пусть тебе расскажет Надия. У неё на это больше прав.

— Ева, — немного раздражённо.

Сестра качнула головой. Сжала мою руку и, остановившись, улыбнулась снова. И снова только самыми кончиками губ.