До конечной (СИ)

— Что с грузом, Вадим?

— Новая партия машин прибудет в следующий вторник.

— Проследи, чтобы не было никаких проблем с таможней. Можешь идти, — оставаясь в кресле, провожаю взглядом до двери сотрудников, затем набираю номер Терентьева. — Герман, зови ко мне своих архаровцев. Чего они там нарыли? Послушаем, затем к Яне рванем. Что-то я себя хреново чувствую. Голову вот-вот разорвёт…

* * *"

"Не проходит и пяти минут, как охрана занимает места за переговорным столом.

Герман забирает у Стаса чёрную папку. Приносит и кладёт передо мной.

Раскрываю её. Первое, что попадается на глаза — фото мужика лет 45. С короткой стрижкой, резкими линиями скул, цепким орлиным взглядом и мощным разворотом плеч. Спортивного телосложения.

— Олег Верещагин, — Стас начинает доклад. — Бывший спецназовец. Работал в охране вашего тестя. Уволен три года назад.

— За что? — не вспомнив лица, откладываю фото в сторону.

— За то, что неравнодушно дышал к его жене. Марат Викторович застукал их на горячем. Вышвырнул и пригрозил расправой над младшей сестрой, чтобы не болтал лишнего и не приближался к его супруге минимум на километр.

Мы пробили всех официантов. В тот вечер вы стащили стакан с его подноса. Этот парень не числился в списке обслуживающего персонала. Засветился на камерах видеонаблюдения. В прошлом привлекался за вождение в обдолбленном состоянии. Сбил человека. Зорин, естественно, отмазал...

— Выходит.., — мой мозг отказывается принимать информацию, выстроенную по всплывающим фрагментам картинок. Всё-таки не чужие люди были… Месть? Или последствия попытки развода? — Они знакомы? Тесть и этот… — снова устремляю взгляд на фото.

Хоть убей  — этого мордоворота вижу впервые в жизни.

— Близко. Попахивает заказным, Евгений Дмитриевич, — добавляет Стас.

Сглатываю образовавшийся в горле огненный ком. Хоть тело каменеет, покрываясь ледяной коркой, мозг всё же включается в работу.

— А Стелла? Она же не сумасшедшая садиться в «гроб на колёсах», как бы прискорбно это не звучало! — нервно открываю ящик стола, выуживаю из него пачку сигарет, которые храню здесь на экстренные случаи, и зажигалку.

Быстро справляюсь с огнём, и первый глоток дыма, скользнув в лёгкие, немного снимает эмоциональное напряжение. — Или что-то пошло не так? — порывшись в своей памяти, в очередной раз не нахожу ответа.

— Она вынудила вас участвовать в благотворительном вечере, — напоминает Терентьев. — Вряд ли её устроил бы обмен на ваших условиях. Да и разводиться с вами супруга особо не спешила.