До конечной (СИ)

Напряжённая плоть пружинисто освобождается от обтягивающего натурального хлопка.

Сняв с мужа последнюю одежду, забираю его в головокружительный плен из губ и рук.

— Я уже ни в чём не уверен с тобой, Я-н-а-а-а… — выманивая из его горла очередной глухой стон, в одурманивающем порыве вбираю в тесный рот налитую кровью головку, обвожу языком по кругу. Гладкая, горячая, с невероятно возбуждающим вкусом. Чуть помедлив и поласкав ребристую поверхность кончиком языка, с томным стоном выпускаю член изо рта."

"Женю потряхивает от контакта так же сильно как и меня.

Мы словно два оголенных провода соприкасаемся и искрим. Кожа из-за напряжения мурашками покрывается. Нам обоим слишком хорошо. Мы так долго шли к этому моменту, что сейчас неосознанно пытаемся оттянуть финал, играя друг с другом на острие удовольствия.

Это так чудесно — вытаскивать наружу непередаваемые эмоции моего мужчины. В эти моменты Женя становится уязвимым и одновременно диким, страстным, напористым, сумасшедшим любовником.

Никогда не думала, что это занятие может приносить нереальное удовольствие. Но с ним по-другому и не бывает.

С ним каждый раз, как в первый.

— Прекрати издеваться, Мышка, — за затылок притягивает моё лицо обратно к члену. В губы им толкается. Приоткрываю рот, язык с нежностью касается уздечки. Пройдясь им вниз, по извилистой пульсирующей вене, возвращаюсь обратно к вершине с солоноватым привкусом. Ничего для меня сверхъестественного не происходит, я всего лишь доставляю удовольствие любимому мужчине, получая взамен такое же наслаждение как и он.

Хаотично блуждающие руки мужа в моих волосах распаляют желание ещё больше.

— Возьми глубже... — хриплый голос подстегивает меня к действиям. — Помоги себе рукой…

Подчиняюсь, позволяя горячей плоти размазать похоть по губам и мягко погрузиться в мой рот.

Стоит мне обхватить ладонью член у основания, как Женя слетает с катушек, окончательно теряя контроль. Двигая бёдрами, раз за разом проникает глубже и глубже.

Я стараюсь подстроиться. Нас обоих подхватывает вихрь невероятного удовольствия. Сносит с ног, поднимая куда-то в небо, выше и выше, пока не выбрасывает в открытый космос на несколько долгих минут или же целую вечность…

— Янка… Ты с каждым разом меня всё больше и больше удивляешь. Иди ко мне, малыш, — хрипит Захаров.

Покачиваясь на ватных ногах, поднимает меня с колен. В два шага мы оказываемся рядом с огромной кроватью, оба заваливаемся на мягкий матрас.