До кончиков пальцев

— Не надо сейчас принимать решений! Успокойся! Потом без эмоций подумаешь о том, что я тебе сказал, и ответишь мне!

— Возможно, для любой другой это шикарное предложение, но не для меня! — она с болью посмотрела на него. — Зачем я нужна тебе?! Ты же даже не любишь меня!

— Нет! Не люблю, — спокойно признался он. — Любовь — это самообман! Иллюзия для таких глупцов, как мой брат, и наивных девчонок вроде тебя!

— Тогда зачем я тебе в Лондоне?!

Он схватил её за плечи и посмотрел в глаза.

— Я хочу тебя! Хочу с того момента, когда впервые увидел здесь! Я хочу, чтобы ты дрожала в моих объятиях! Я хочу, чтобы ты поняла, что я лучше, чем он!

— Этого никогда не будет! — закричала она и вырвалась.

— Очень скоро ты поймёшь, что это просто самовнушение.

Она ничего не ответила ему и снова пошла к машине.

— Куда ты собралась?

— Я поеду в город, — не поворачиваясь, ответила девушка."

"— Давай я отвезу тебя!

Она повернулась и посмотрела на него, крепко стоящего на ногах.

— Как быстро ты протрезвел!

— Да! — он усмехнулся. — Это была ловушка, и ты легко в неё попалась.

— Зачем?! Чтобы сделать побольнее своему брату?! — допытывалась Ксюша.

— Да! Я ненавижу его! Ненавижу всем сердцем и счастлив, что сделал ему незабываемый подарок на день рождения!

Она отвернулась от него и взялась за ручку машины, чтобы сесть в неё.

— Ты не вернёшь его, он никогда тебя не простит! — сказал он ей вслед. — Подумай, я предлагаю хороший вариант в твоём случае!

Она закрыла дверь и ничего не ответила ему.

Артём метался по комнате, как хищник по клетке. В комнату вошла мать, и он обрушил на неё всю свою ярость.

— Спасибо, мама, что вернула Андрея в мою жизнь!

— Он открыл тебе глаза на эту девицу! — обиженно воскликнула она.

— Он разбил моё сердце!..

— Мальчик мой, не преувеличивай!

Он взял с трюмо стакан с водой и, сделав глоток, спросил:

— Она уехала?!

— Да.

— А он?!

— Они уехали вместе! — бессовестно солгала женщина.

Артём сжал кулак настолько, что тонкое стекло стакана лопнуло и часть осколков вонзилась в ладонь, а другая со звоном упала на пол. На руке в местах порезов мгновенно появились красные полоски крови и, собираясь в капли, стали стекать по пальцам. Он безмолвно посмотрел на руку, не понимая, где было больнее — в груди, где разрывалось на части его сердце, или в ладони, рассечённой до крови стаканом.

— Что ты наделал! — подскочила к нему мать.