Дни нашей жизни

Обнял, уткнулся лицом в рубашку, которая пахла гуашью, а может, ещё какими-то красками.

Слава гладил меня по волосам, приговаривая, что всё хорошо. Когда я немного успокоился, мы сели на кровать, и он начал вытирать мне слёзы тыльной стороной ладони.

Потом сказал:

— Он очень переживал, когда ты пропал. И сейчас очень переживает из-за того, что сделал. Правда.

Я подумал над этими словами. По-честному подумал. Но всё равно сказал, и довольно жестко:

— Тогда почему здесь сейчас ты, а не он?

Слава как-то грустно улыбнулся:

— Потому что мне легче говорить о чувствах, чем ему.

Я дёрнул плечом:

— Да не надо…

— Надо. Вам надо обсудить то, что случилось.

— Не хочу ничего с ним обсуждать.

Слава притянул меня к себе, посидел молча. Потом сказал:

— Он не знал, что всё так получится. Не знал, что ты так отреагируешь. Он просто тебя не понял, а ты его. Ты тоже его обидел.

— Значит, ему обижаться можно, а мне нет. — проговорил я внезапно охрипшим голосом.

Слава долго молчал.

— Я знаю, я виноват Но он из-за этого на меня так. Как будто он меня ненавидит!

— Прости его. Я знаю, что он может быть резким. Это издержки профессии, у него очень тяжелая работа, каждый день ответственность за чужую жизнь. И за чужую смерть. Это огромный стресс, иногда он просто не знает, как им управлять.

— Я-то тут причём? — буркнул я.

— Не причём. Он не прав, он сделал непозволительное. И он знает это. Просто не предположил, как ты можешь отреагировать.

— Я не «многие»! — с вызовом ответил я.

— Я ему это уже объяснял. Что ты другой.

Я вдруг подумал про веснушчатого парня, сопровождавшего меня всю дорогу И спросил:"

"— Почему мой папа меня ударил, а какой-то чужой человек потом подобрал, согрел и успокоил?

Слава опять тяжело вздохнул:

— Так тоже в жизни бывает…

— Как?

— Когда близкий человек предаёт, а чужой спасает Думаю, это был полезный жизненный урок.

Мы посидели молча. Я не смотрел на Славу, но чувствовал, как он на меня смотрит.

— Я думал, что сбегать из дома ты начнёшь гораздо позже, — невесело усмехнулся Слава. — Видимо, ты рано взрослеешь.

— Видимо, — хмуро согласился я.

— Раз так, то я хочу попросить тебя, как мистера Восьмилетнего.

Я слегка улыбнулся на этих словах. А он придвинулся ближе и поймал мой взгляд.

— Помиритесь, пожалуйста.