Для кого цветет лори

Знал монахиню из Обители Скорби, знал девчонку в мужском костюме, знал женщину, которую хотел до безумия. Какую еще грань покажет ему эта девушка?

Ран посмотрел на часы, украшенные хрусталем и золотом. Светлейшая опаздывала. Впрочем, по этикету она вполне могла себе это позволить.

Лавьер отошел к окну. За стенами дворца шествовала весна. Солнечный свет разбрызгивался радугами, согревал ласковыми лучами землю. Из гостиной, выбранной Оникс, был виден сад, в котором все еще цвели розы. Пришлось потрудиться, чтобы найти мага, владеющего силой произрастания.

– Выращивайте сами, раз вам они нужны, – нахально бросил он Лавьеру.

Ран вздохнул. Он честно хотел по-другому.

– Я не умею выращивать цветы, – сказал он. – Я умею убивать. По-разному. Иногда долго и мучительно. И лучше вам сделать вашу работу, чтобы мне не пришлось делать мою.

Маг сделал, из хрупких саженцев за ночь вырастил целый сад.

Но на мага было плевать, главное, что розы порадовали раяну. Глупости, необходимые ее женскому сердцу, Рана забавляли. Смысла в них он не видел и не понимал, но Лавьер устал воевать с Оникс. И хотел, чтобы она улыбалась ему. Улыбалась, желала, принимала с радостью. Насильственного подчинения оказалось слишком мало. Он считал, что будет достаточно ее тела, но увы… Лавьер всегда желал все, целиком.

Возможно… Возможно, ему удастся получить не только тело раяны. Возможно. По крайней мере, он попытается.

Прислужницы зашевелились и склонились в поклонах, Лавьер обернулся. Замер, рассматривая девушку. Светло-зеленое платье с золотой вышивкой, нежные белоснежные кружева, выглядывающие из декольте и в высоких разрезах по бокам. Так скромно и в то же время завлекательно, хотелось смотреть не отрываясь, в надежде увидеть точеную ножку. Или содрать все эти тряпки к демонам и разложить раяну на столе.

Но он сдержался. Белые волосы распущены и собраны с одного бока тонкой косичкой. Зеленая бархатка на шее. И белый бутон розы.

– Кажется, вы вновь забыли о правилах приличия, аид? – Оникс окинула его насмешливым взглядом. – Разве можно так беззастенчиво разглядывать вашу повелительницу?

– Если повелительница столь прекрасна, что у ее подданных отказывает здравый смысл, то несомненно. – Лавьер склонил голову.

Оникс улыбнулась, указала рукой на стул.