Для кого цветет лори

Не кидаться к нему, не ощупывать нервно, пытаясь понять, насколько сильно он ранен. Не всхлипывать от ужаса. Он ведь ходит, двигается, разговаривает… Он сильный! Сильнее всех…

Все лицо Рана залито кровью, слева уже засохла корка. И на боку разодрана черная ткань, и в прорехе тоже все багровое…

– Ран, у тебя кровь идет… – Оникс не сдержалась, вскочила.

– Лежать, – он разозлился, придавил раяну к кровати, быстро провел ладонями по ее телу, убедился, что повреждений нет.

– Ран, со мной все в порядке! У тебя весь бок в крови! И голова!

Он поморщился.

Дверь хлопнула, впуская молодого мужчину в белой рясе. Окинув комнату взглядом, он ринулся к Лавьеру, но тот указал на девушку.

– Ее осмотрите.

Целитель нахмурился, но подчинился, присел на кровать.

– Какая изумительная аура, – восхитился он, – никогда подобной не видел! Если бы она была мужчиной, я подумал бы, что здесь магия подчинения, но… Но это что-то другое! Такое… светлое… божественное… – парень откашлялся, покраснев.

– Это цветущий лори, – бросила Оникс, снова приподнимаясь. Она видела, что Ран отошел к креслу, схватил графин, сделал жадный глоток. И снова пошатнулся. Целитель принялся водить руками над ее головой, и раяна оттолкнула его.

– Хватит! Со мной все отлично! Помогите ему! Вы что, не видите, человек ранен?

– Оникс… – Лавьер снова поморщился. Оперся рукой о столик, но ладонь соскользнула, и он чуть не упал.

– Ран, да сожри тебя демоны, сядь! – Она вскочила, схватила целителя за рукав.

– Нет, ни разу, – ошарашенно выдавил целитель.

Оникс уже не слушала. Лавьер все же сел в кресло, и она потянулась, пытаясь расстегнуть пуговицы на его рубашке. Он отодвинул ее, вытащил рубашку из-за пояса, стянул через голову. На боку ткань прилипла к коже, засохла в корке крови, и порез снова засочился от резкого движения.

– Я принесу воды, – сипло сказала девушка. – Надо промыть.

Лавьер насмешливо поднял бровь, глядя на нее, но раяна лишь сверкнула глазами и унеслась в купальню. И уже за дверью прислонилась на миг к стене, смахнула слезы, решительно набрала воды в миску. Голоса доносились приглушенно, створку она оставила незакрытой.

– Простите, Верховный, – голос целителя полон почтения, – но с вашей аурой что-то не так. Я не могу понять что.

– Я выжег свой дар. – Голос аида прозвучал спокойно, а Оникс вздрогнула.