Диверсия

Одновременно.

— А может, вообще ни под кого не ложиться? Может, выждать? До момента, пока позиции определятся?

— Нет. В большой политике самому по себе невозможно. Минуты невозможно! Сожрут и те и другие. Как волка, который от стаи отбился. Только под кем-нибудь. И чтобы во все дыры. И чтобы с энтузиазмом и чувством «глубокого удовлетворения». А потом, отсидевшись, самому на кого-нибудь взгромоздиться. И их туда же.

В передовицах газет это называется преемственностью поколений. А в жизни политическим б…вом.

Так всегда было. И везде. Вначале тебя, потом, если повезет, ты.

— И кто же все-таки верх возьмет?

— Черт его знает. Пока совершенно непонятно. Как в футболе, где заранее о результатах матча не договорились. Но в целом я тебе так скажу: против биологии не попрешь! Старики — они дряхлеют и умирают, а молодежь соки набирает. Молодежь — она перспективней. Если ей, конечно, до того голову не свернут.

— А могут свернуть?

— Могут. Если они ее раньше времени высунут.

Последующие несколько дней Хозяин, не бывший еще Хозяином, вместо того чтобы греться на топчане под южным солнцем, мылил спинки и попки большому начальству, рассказывал анекдоты, подносил полные и уносил пустые стопки.

Короче, прислуживал.

И слушал.

И смотрел.

И запоминал.

А в конце понял, что событий не избежать. Что события не за горами. Верхи уже почти ничего не. могли, кроме как вспоминать о былом, пить лекарства и жаловаться на одолевающие их старческие болезни, а низы могли и хотели.

Очень хотели. Хотели неограниченной на шестой части земной суши власти. В общем, отпуск прошел удачно.

— Держи меня в курсе, — попросил отгулявший свое время отпускник приятеля. — А за мной, сам знаешь, не заржавеет.

— Будь спокоен. Если в верхах что-нибудь случится, то первым об этом узнаю я. А вторым — ты.

Ожидаемое «что-то» случилось через полгода. Без освещения в центральной прессе. Тихо. В наглухо закрытых кремлевских кабинетах."

"Заранее предупрежденный приятелем о сквозняках перемен, потянувших в высоких коридорах, все еще бывший мелкой сошкой Хозяин взошел на трибуну и заклеймил в самых крепких выражениях свое прошлое, а заодно и прошлое своих непосредственных начальников.

Первым в своем регионе и задолго до того, как публичные покаяния приобрели массовый характер. Случился большой скандал. Неблагодарному, осмелившемуся плюнуть против господствующей розы ветров молодому работнику «дали по шапке».