Диверсия

— А он им нужен, этот возврат?

— А мы их не спросим. Как о качестве зубов того дареного коня. Готовы?

— Готов.

— Ну тогда ни пуха!

— А вас совсем по другому адресу…

Первый телефон. Вызов.

Запрос — ответ.

Запрос — ответ.

Уточнение.

Ответ.

Согласие.

Пропуск в сети.

Второй телефон.

Запрос — уточнение.

Ответ.

«Укажите пароль».

Пошел пароль.

Опознание.

Запрос — уточнение — ответ.

Согласие.

Как удивительно легко на этот раз прошла связь. Вот что значит входить в загодя открытую дверь. Даже петли не скрипят! Вот что значит опыт и квалификация! И еще, наверное, чувство собственной правоты, которое в открытом бою не последнее дело.

— Линия открыта. Абонент готов к приему информации.

— Запускайте!

— Информация пошла. Информация принята.

— Уходим! Пока хвост не прищемили.

— Погодите!

— Что еще такое?

— Они просят не прерывать связь. Просят сообщить наш адрес для продолжения диалога.

— А наш вес, рост, объемы груди и талии им для продолжения знакомства не нужны?

— Так и передавать?

— Никак не передавать.

— Продолжают настаивать на диалоге. Сообщают о крайней заинтересованности полученной информацией.

Что предпринять? Уйти? И не узнать о судьбе собственного послания? Не узнать, дошло ли оно до получателя или нет?

Остаться? Рискуя тем, что они вычислят адрес?

Но даже если вычислят, успеют ли что-то предпринять? Здесь, на чужой территории? И станут ли что-нибудь предпринимать, зная, чем это им может грозить? Ведь информация уже похищена и может быть легализована в любой следующий момент.

Подтверждение получения письма адресатом стоит риска?

Стоит!

— Встречный поиск зафиксирован?

— Встречный поиск не просматривается. Впрочем…

— Что?!

— Нет. Показалось. Просто секундный сбой программы.

— Тогда передавайте. «Готов к диалогу. О времени следующего сеанса связи сообщу дополнительно.

Все! Отбой!

Но Александр Анатольевич не выключил компьютер.

— Что опять?

— Сейчас, еще минуточку.

Он стучал по клавишам, как опаздывающая на последний поезд профессиональная телеграфистка. Потом смотрел на экран и снова стучал.

— Что произошло, Александр Анатольевич?

— У меня такое ощущение, что в сети, кроме нас, присутствовал кто-то еще. Кто-то третий.

— Кто?

— Не знаю. Я даже не знаю, есть ли он.