Диверсия

— Надо порошка купить и вымыть здесь все как следует. А лучше покрасить, — предложил Александр Анатольевич, мазнув пальцем по стенам.

— А вот этого как раз не надо Ни мыть. Ни красить. Ни даже подметать. Это лишнее. Все должно оставаться как есть. То есть натурально. Максимально приближенно к быту настоящих, обслуживающих телефонные линии монтеров. А у них там, поверьте мне на слово, стерильностью не пахнет. Потому как это не дом для них, а только рабочее место.

— Что же мне, с грязи лопнуть?

— Можете надеть под робу крахмальное белье.

Первый выезд. Первое подключение. На этот раз «шкафы» я не закрывал и провода я не маскировал. На этот раз я действовал легально.

— Подключился! — орал я что есть мочи. — Проверь сигнал!

— Есть сигнал!

Давно известно, чем больше навязываешь себя постороннему вниманию, тем меньше тебя замечают и запоминают.

— Тогда порядок.

Я брал в руки пассатижи, телефонную трубку, обматывался проводами и вставал возле приоткрытой двери.

— С чего начинаем?

— Первое сообщение вот по этому адресу Александр Анатольевич загонял в факс бумагу

— Готов!

— Запускай! Минутная пауза.

— Сообщение пошло. Принятие подтверждено. Что еще?

— Здесь — все. Меняем диспозицию

В сообщении было несколько красноречивых, из личной и служебной биографии адресата фактов. В частности, касающихся того, с кем и где он встречался и что в результате этих встреч получал в виде подарков, бесплатных билетов, гонораров за книги, лекции и публичные выступления по радио и телевидению.

Что вначале. Что потом.

Что причина. А что следствие.

В сообщении не было указано ни фамилий, ни должностей. Но была маленькая приписка:

«Как вы считаете, имеет ли моральное право государственный чиновник с подобной биографией претендовать на новый, вновь предложенный ему высокий пост? Или из морально-этических соображений должен отказаться? С уважением, группа независимых журналистов»

И постскриптум: «Готовы предоставить вам соответствующие документы, с частью которых (малой) вы имели возможность ознакомиться».

Всякий чиновник, если он не был полным дураком, увидев такую о себе информацию, от должности должен был отказаться. По крайней мере до выяснения каналов утечки информации и поимки «независимых журналистов».

Он и отказывался. Под каким-нибудь благовидным предлогом. Не то здоровье. Не тот опыт. Благодарю за внимание…

— Второй адрес пошел.

— Принято.

— Третий адрес пошел.

— Принято.