Дитё. Двойной удар

Осмотрев их еще раз, я поморщился от вони, которая от них шла, и негромко сказал:

— Я боярин из Великого Новгорода Олег Красновский. Выкупился из плена, возвращаюсь домой. Хочу предложить вам работу. Если пойдете судовой командой на мой ушкуй, по прибытии получите вольную и немного денег. Добраться до своих хватит. Могу добавить еще одно: я своих не бросаю. Кто согласен?

Невольники переглянулись, и вперед вышел тот, кого я принял за кормчего:

— Мы согласны, — и, бухнувшись на колени, взмолился: — Выкупи нас у басурман, мочи уже нет.

— Хорошо. Идите за мной.

Старший надсмотрщик отправил с нами одного из своих подчиненных, и мы дошли до ушкуя в компании с ним.

Несмотря на то что ушкуй и невольников я еще не купил, не проплатил то есть, и они мне еще не принадлежали, за мзду начальник участка разрешил перегнать судно на другую сторону порта, правда, отправившись с нами. Оказалось, при оформлении сделки он получал процент.

Отходом от пирса я велел руководить не Авдею, а Федору Немцову. Работа команды мне понравилась, ловко у них все получалось, чувствовался опыт.

Через полчаса мы пришвартовались у ушкуя Прохорова, как я говорил, рядом было пустое место. Спустившись по скинутому на пристань трапу, мы с начальником участка и купцом сели в подъехавший тарантас и направились в офис оформлять покупку.

Это заняло не так много времени, через полчаса я стал обладателем ушкуя и пяти рабов.

Выйдя из здания таможни, я посмотрел на купца и спросил:

— Ну что, отметим это дело? Я щедро угощаю, если бы не ты и Авдей, я тут еще долго бы бегал.

— Вечером можно, — солидно кивнул купец. — А пока, думаю, тебе нужно заняться судном.

— Этим и хотел. Не подскажете самое лучшее заведение в Кафе?

— На Цветочной улице есть прекрасный трактир.

— Тогда в семь вечера?

— Что?

— К ужину? — предложил я.

— Хорошо.

Проводив купца взглядом — он направился в город, — я свернул листы купчих в трубочку и сунул за пазуху. После чего сел в тарантас и велел везти к новообретенному судну.

Пока я занимался покупкой, от команды не отходил надсмотрщик. Авдей и Али скучали, сидя на ступеньке, ведущей в трюм.

Предъявив надсмотрщику купчую, я отправил его обратно пешим маршрутом.