Дитё. Князь

– Вон он, Фред, он за тем камнем! – надрывался стрелок. Подняв руку с пистолетом над камнем, я выстрелил, и крикун, захлебнувшись, замолчал. Похоже, я попал ему в шею.

Находился я на краю обрыва, внизу было чистое голубое озеро, окружённое со всех сторон высокими скалами и кривыми деревцами. Я бы и не подумал, что тут есть водоём, если бы по следам бандитов не вышел к их последней стоянке. Я собирался тут отдохнуть часа два. Пообедать и продолжить преследование, надеясь нагнать их к вечеру. Потом бы я вернулся сюда нормально искупаться и постираться, но видимо, бандиты или решили вернуться, или ещё что.

Не думаю, что они заметили дым моего костра, его почти не было видно.

Прислушавшись, я определил по хрусту камней, что ещё трое обходят меня. Если они поднимутся на скалу, то просто расстреляют меня с безопасного расстояния. Винчестер и винтовка лежали у седла на открытом месте, мне было до них не добраться.

Быстро выглянув, я так же молниеносно спрятался. Запоздалая пуля выбила мелкие крошки из камня, за которым я укрывался, но мне вреда не принесла.

Сделав раскачку, я молниеносно выскочил из-за камня, стреляя с обеих рук. Трое бандитов, что не успели спрятаться, получили по пуле и упали, обливаясь кровью, остальные попрятались среди камней. Я стоял у затухающего костра и внимательно наблюдал за местами, где спрятались двое оставшихся бандитов. Опустив руку, я направил ствол на спину одного из бандитов, что был одет как ковбой, и выстрелил в него. Тот был ещё жив, но после моего выстрела затих и перестал своими стонами мне мешать слушать.

Один оставался на своём месте, а вот второй, укрываясь за скалами, пытался сбежать, тихонько отползая в сторону. Прицелившись в гладкую белую скалу рядом с ним, я выстрелил так, чтобы рикошетом пуля попала в бандита в укрытии. Судя по крику, попал, правда непонятно куда, тот горланил не переставая. Этот крик, видимо, ударил по нервам последнего, тот вскочил, поворачиваясь ко мне спиной, чтобы убежать, но схлопотал пулю с сорока метров и упал.

Перезарядившись, я направился к горластому. Обойдя обломок скалы, я встал как вкопанный, держа на прицеле раненого, тот держался за пах, где расплывалось кровавое пятно, и неизвестного, которого никак, кроме как франтом, было не назвать. Приталенная серая одежда, часы на золотой цепочке на жилете – всё с иголочки, будто только из магазина. Из дорогой, отделанной тиснением кобуры на животе торчала перламутровая рукоятка «кольта».