Дитя клевера

Она лежала на спине, запрокинув ручки за голову, ее розовые губки слегка шевелились во сне, словно она все еще продолжала сосать материнскую грудь, при каждом новом вздохе и выдохе мерно вздымался и опускался округлый животик.

– Ой, подруга! Да она же у тебя чистая раскрасавица!

Дот расплылась в довольной улыбке, и не только потому, что ее дочь назвали красавицей. Но еще и потому, что Барбара снова обратилась к ней, как в старые добрые времена: «подруга».

– Как же я по тебе соскучилась! – неожиданно вырвалось у нее, и глаза Дот наполнились слезами.

– Я тоже по тебе скучала! – призналась Барбара, и подруги вторично обнялись. А потом пошли на кухню пить чай.

– Уолли на работе?

Лицо Дот покрылось румянцем.

– Все в порядке, Дот! Не переживай! Изредка нам все же придется упоминать его имя.

– Да. Он еще на работе.

– Нам с тобой, подруга, надо все это еще раз перетереть, чтобы не осталось никаких недоразумений. Иначе он всегда будет стоять между нами, словно камень какой на дороге.

Дот положила руки на кухонный стол и уставилась в стену.

– Сама понимаю! Но мне страшно неловко. Я очень переживала из-за той нашей ссоры. Но сегодня ты пришла ко мне с миром, а мне от этого еще больше не по себе.

– Не по себе… неловко! Тоже мне, раскудахталась тут! Сейчас я тебе подправлю настроение! Думаешь, мне легко было прийти сюда?

Дот взглянула на подругу.

– Думаю, что нелегко.

– То-то и оно!

И обе подруги рассмеялись."

"– Если честно, Барбара, я никогда не хотела причинять тебе зла.

Дот невольно покраснела, произнеся последнюю фразу. Ведь как ни верти, а ребенок, их совместный с Уолли ребенок – вещественное доказательство того, что она спит с этим мужчиной.

Барбара сбросила с плеч пальто и расправила облегающее фигуру платье.