Дитя клевера

«О, здесь во всем нужна мера! Садоводство – это такое занятие, что стоит погрузиться в него, и оно затягивает тебя целиком».

«Я бы стала готовить из тех овощей и фруктов, что вырастила сама. Делала бы всякие фруктовые салаты, джемы, пироги с ягодами. Чем плохо, а? Вообще-то я никогда не увлекалась кулинарией, это больше по маминой части. Но почему-то я уверена, что для тебя я бы стала готовить с большим удовольствием. Да еще бы постоянно экспериментировала, а тебя заставляла бы съедать все мои новинки!»

Уолли наклонился, чтобы взять из ее рук чемодан.

Но Дот крепко уцепилась за ручку и не отдала чемодан. Не нужна ей его помощь! Сама донесет… Она молча побрела вслед за мужем по бетонному покрытию парковки, на которой их высадили. Явно разобидевшись, Уолли с независимым выражением лица сунул руки в карманы, но вид у него был как у побитой собаки. Или как у человека, который не знает, что ему делать дальше. Скорее всего, он никогда не задумывался о том, что проблемы в семейной жизни могут начаться уже с самого начала. Весь день он держался на уровне, как и положено уверенному в себе мужчине. Еще бы! Жених! Плюс такой верзила… но вот они остались наедине, так сказать, без зрителей. И тут выясняется, что эта тихоня, его жена, безропотно плетущаяся за ним, успела деморализовать его полностью. Он не знает, как себя вести, что говорить и что делать. Такое не может не угнетать.

Дот огляделась. Со всех сторон теснились серые бетонные здания пятиэтажек, соединенные друг с другом широкими навесными пешеходными дорожками.

Словом, целый жилой микрорайон. Все дома похожи друг на друга как две капли воды. Разве что входные двери окрашены по-разному: в одном доме – красные, в другом – зеленые, чуть дальше – синие. В их доме двери были желтыми.

Дот понуро тащилась за Уолли, стараясь не глазеть по сторонам. С балкона третьего этажа хорошо было видно всю парковочную площадку: сбоку примостились общие контейнеры для сбора мусора, а чуть дальше стояло несколько пикапов.

Одного взгляда достаточно, чтобы понять: здесь точно нет места для ее будущего сада. Вокруг все голо и пусто. Она невольно вспомнила свою родную улицу. Широкая, мощенная булыжником проезжая часть, такие же широкие тротуары, прилепившиеся друг к другу палисадники соседних домов, но главное – могучие, высоченные платаны, которыми с обеих сторон густо обсажена их Роупмейказ-Филдс. Здесь же все по-другому! Настоящее царство бетона, однообразное и унылое.