Дитя клевера

От всей компании и от каждого по отдельности сильно разило пылью и камабоко (так у них дома называют пасту из вареной рыбы).

– Пожалуйста, фаршированные яйца! – Дот услужливо протянула поднос какому-то ветхому старикану.

– Что фаршированное? – взвизгнул он в ответ.

Дот слегка прикусила щеку, чтобы не расхохотаться вслух. Какое счастье, что в эту минуту рядом с ней нет Барбары. То-то было бы смеху! От такой сценки можно ведь насмеяться до слез. Дот слегка откашлялась и проговорила еще ласковее, словно обращалась к ребенку.

– Пожалуйста, угощайтесь! Фаршированные яйца!

– Пальцы? А что с моими пальцами? – снова громко взвизгнул старик.

– С вашими пальцами? С ними все в полном порядке, сэр. ПРОСТО Я ПРЕДЛАГАЮ ВАМ УГОСТИТЬСЯ ФАРШИРОВАННЫМИ ЯЙЦАМИ.

На сей раз она повысила свой голос почти до максимума, стараясь четко проговаривать каждое слово, несмотря на душивший ее смех.

– Боюсь, мне уже ничего не поможет! – жалобно захныкал старикашка. – Я ведь потерял брата на войне.

– Право же, мне очень жаль! – сразу посерьезнела Дот, но все же, подхватив со стола еще один поднос, ткнула его гостю почти под самый нос.

 – Тогда попробуйте вот это!

– А это что? – повелся гость на ее ласковый голос.

– Это – канапе, сэр!

– Конопля?

Дот почувствовала, как ее плечи начинают сотрясаться от смеха. Еще мгновение, и она взорвется от хохота, который уже не в силах сдерживать.

– Простите, сэр! Но я на минутку отлучусь! – пробормотала она и ринулась на выход, чтобы немного отдышаться на кухне и привести себя в порядок.

Зато, снова вернувшись в зал, она не заметила, что прямо у дверей ее караулит еще один любитель фаршированных яиц, тоже в военной форме, но уже цвета хаки. Вместе с подносом, уставленным закусками, она со всего размаха налетела прямо на него. Смешно! Но если бы только смешно!

Поднос со свежей порцией канапе и фаршированных яиц выскользнул из рук и опрокинулся военному на китель. На груди несчастной жертвы столкновения сразу же образовалась своеобразная манишка из майонеза и яиц.

Половинка яйца зацепилась за одну из надраенных до блеска медных пуговиц, украшающих китель спереди, и повисла на ней дополнительным украшением. Сотворив все беды, которые только можно, серебряный поднос со страшным грохотом рухнул на пол. Дот и военный, почти инстинктивно, не сговариваясь, одновременно нагнулись, чтобы подхватить с пола этот злосчастный поднос, и со всего размаха стукнулись лбами.