Нелюбимая

Возвращаемся мы через пляж, и я смотрю на то, как люди занимаются вейкбордингом. Киваю Тамиле в ту сторону.

– Пошли покатаемся.

– На этом? – спрашивает она, а потом качает головой. – Я пас. Понаблюдаю за тобой с берега.

– Да брось, это весело.

– Совсем не весело переломать себе конечности на отдыхе. Или утонуть. Ты забыл, что я только недавно научилась плавать?

– Мы наденем на тебя жилет.

– Да меня ими обклеить надо, – фыркает она.

– Ну давай ты хотя бы на катере будешь ехать.

– Почему тебе так важно, чтобы я там была? – она сдвигает очки ниже на переносицу и смотрит на меня, прищурившись.

 – Способ самоутвердиться?

– Не хочу, чтобы ты сидела на берегу и сопли на кулак наматывала. Или позвонила бывшему. А потом заливала горе. Давай, Тами, надо начинать развлекаться. Мы и так два дня провели как старички в пансионате. Ну же.

Она прикусывает губу, и мой взгляд мгновенно цепляет покраснение на нежной плоти, по которой проходятся белые зубки. Так бы и съел. Какая же сочная.

– Ладно, я согласна на катер, – наконец решается Тамила.

Я забрасываю руку ей на плечо и притягиваю к себе.

– Ты не пожалеешь.

– О, лучше бы так и случилось, иначе ты – труп.

– Если не понравится, я исполню любое твое желание.

– Не разбрасывался бы ты словами, Ромчик, – она так ехидно произносит мое имя, что хочется перекинуть ее через колено и отшлепать задницу, которая мне все покоя не дает.

Но вместо этого я шепчу в ее ухо:

– Зараза, – а потом прикусываю мочку.

Тами дергается, чтобы отстраниться, но я крепко удерживаю ее возле своего тела.

– Ты нарвешься, – говорит она.

– Жду – не дождусь.

Мы быстро переодеваемся и возвращаемся на пляж. Я оплачиваю вейкбординг, и уже через пятнадцать минут мы поднимаемся на борт небольшого катера.

– Вам лучше держаться крепче, повороты будут крутые, – предупреждает Тамилу мужик, который управляет посудиной, а я почему-то хочу вырвать ему глаза, чтобы так не зыркал на мою жену.

Черт, надо будет купить нам кольца, чтобы пометить ее, и чтобы ни один мудак не засматривался на мою женщину.

«Моя» – это я, конечно, много на себя беру, но мы же играем в эту игру, так что могу себе позволить. Притягиваю Тами и прижимаю к своему боку, целую в висок, выразительно глядя на мужика. Но ему, кажется, наплевать на мои собственнические замашки, потому что он продолжает пялиться на мою жену. Его взгляд то и дело соскальзывает к ее шикарному декольте, едва прикрытому тонкой тканью то ли платья, то ли сарафана, который она набросила поверх купальника.