Дитя дьявола

 — Мисс Чаллонер и в самом деле натерпелась от меня, но, если хочешь знать, Джулиана, она никогда не позволяла себе слез, которые, похоже, сейчас польются из твоих глаз.

— Могу лишь сказать, дорогой мой Видал, что либо Мери не знала, сколь жестоким ты способен быть, либо она на редкость бесчувственное создание.

Видал помедлил с ответом. Затем ровным голосом произнес:

— Она знала. — Он поджал губы и метнул на кузину презрительный взгляд. — Если бы я обращался с тобой так, как с мисс Чаллонер, ты бы давно уже умерла от страха, Джулиана.

— Попыталась всадить в тебя пулю, Доминик? — недоверчиво переспросила мисс Марлинг. — Ничего не слышала об этом!

— Это не та история, о которой мне хотелось бы распространяться, поскольку она не делает мне чести. Но когда ты тут жеманишься и ноешь из-за того, что тебя немного растрясло в карете, насмехаясь при этом над Мери… — Видал сжал кулаки.

— Я не насмехалась! — поспешила оправдаться Джулиана. — Я понятия не имела, что ты столь дурно с ней обходился.

— А на самом деле чрезвычайно дурно, — признался Видал. Он взглянул на Джулиану. — Ты небось думаешь, что эта история ужасно романтична? Ты уверена, что тебе самой бы это понравилось, и ты не в силах понять, с какой стати мисс Чаллонер так всполошилась? Но пораскинь мозгами, девочка моя! Хоть немного подумай! Ты сейчас в моей власти, позволь тебе напомнить об этом.

Джулиана стремительно отпрянула.

— Нет, Видал! Не подходи ко мне!

Он рассмеялся.

— Ну что, Джу, уже не так романтично? А заставить тебя съесть обед — это ничто по сравнению с тем, что я еще мог бы заставить тебя сделать.

Джулиана подчинилась, опасливо поглядывая на его светлость.

— Я уже жалею, что поехала с тобой! — в сердцах сказала она.

— Мери Чаллонер тоже пожалела, и у нее на то имелись куда более веские причины. Но Мери скорее бы умерла, чем выдала бы свой страх. А Мери Чаллонер, дорогая моя, вовсе не приходится мне кузиной.