Дитя дьявола

Видал какое-то время слушал причитания Джулианы, потом перебил:

— Милая кузина, ты хочешь догнать наших беглецов или нет?

— Разумеется, хочу! Но разве для этого необходимо гнать с такой сумасшедшей скоростью? Они доберутся до Дижона не быстрее чем за два-три дня, и, как мне казалось, у нас есть время, чтобы настичь их.

— Мы нагоним их уже сегодня ночью, — зловеще произнес Видал. — Они не более чем в трех часах от нас.

— Что? Неужели мы догоняем их так быстро? Тогда беру свои слова назад, Видал. Едем немедленно!

— Сначала пообедаем, — охладил Джулиану кузен.

— Как, — трагически вопросила мисс Марлинг, — ты всерьез уверен, что я способна думать о еде?!

— Знаешь, Джулиана, — доверительно сказал маркиз, — я нахожу тебя крайне утомительной. То ты жалуешься на скорость, с которой мы едем; то мелешь какую-то чушь по поводу моей неучтивости и бесчувственности; то отказываешься от обеда, словно туда подсыпали крысиного яду. Словом, милая моя Джу, ты ведешь себя как героиня бездарной мелодрамы.

После того, как стол был накрыт и слуги удалились, Джулиана сказала примирительным тоном:

— У тебя есть все основания быть недовольным мною, Видал.

— Ты ошибаешься, — возразил его светлость. Задумчивая улыбка на одно мгновение смягчила его лицо. — Присаживайся.

Мисс Марлинг села, предупредив, что удовольствуется бокалом вина.

Маркиз пожал плечами.

— Как тебе будет угодно, милая кузина.

Мисс Марлинг неспешно потягивала вино, наблюдая, как его светлость расправляется с каплуном. Внезапно она отодвинула бокал и с содроганием заявила, что кузен ее изумляет.

— По моему мнению, — брезгливо молвила Джулиана, — джентльмен, обладающий хотя бы толикой такта, не стал бы есть с такой жадностью в присутствии дамы…

— А я не джентльмен, — усмехнулся маркиз, вытирая пальцы, — по одному авторитетному суждению, я всего лишь дворянин.

— Господи, Видал, кто посмел сказать тебе такую дерзость? — воскликнула Джулиана, тут же позабыв о своих претензиях.

— Мери Чаллонер, — коротко ответил его светлость, наливая себе вина."

"— Если ты всегда ешь так, будто ничего кроме еды тебя не интересует, — злобно сказала Джулиана, — то меня это нисколько не удивляет. — Не будь я так зла на эту подлую обманщицу и интриганку, непременно пожалела бы бедняжку.

— Наблюдение за моими трапезами было наименьшим из ее страданий, — с легким смешком ответил маркиз.