Династия. Кукловод

Мы направляемся к лавочке. Я сажусь рядом с Галиной, а она едва ли реагирует на моё появление. Подняв глаза, чуть не вздрагивает и спрашивает:

— Александр, это вы?

— Да. Рад знакомству, Галина Альбертовна. Мне жаль, что оно состоялось при таких обстоятельствах.

— Вы можете объяснить, что происходит? — вновь опуская глаза, глухо спрашивает она.

— Мама, мама, смотри! Я нашла шишку! — одна из девочек подбегает к нам и суёт Галине в руку еловую шишку.

— Какая красивая, — улыбается та. — Можешь найти ещё одну?

— Ты даже не посмотрела! Посмотри! — настаивает девочка.

— Я посмотрела. Очень красивая.

— Нет, ты не посмотрела! — топнув ножкой, восклицает девочка.

— Ира, иди играть. Маме нужно поговорить с дядей, — Даниил забирает шишку и настойчиво ведёт девочку обратно на площадку.

— У вас чудесные дочки, — говорю я, вдруг понимая, что они мои двоюродные сёстры.

— Вы можете рассказать, что происходит? — спрашивает Галина. — Я прочитала, что это вы убили Сергея, как и моего отца, — перебирая пальцами, тихо добавляет она.

— Это ложь, я никого не убивал, — отвечаю я. — Если вкратце, то дело обстоит так: я отправился в Рязань, чтобы помочь решить конфликт между родами моего клана и вашего. Ваш брат Сергей помогал мне с этим. Когда он прилетел, мы провели переговоры и подписали соглашение. Я вернулся в Москву, а когда приземлился, то узнал о взрыве.

— Почему мой отец пригласил именно вас? Почему не князя Грозина? — посмотрев на меня, спрашивает Галина.

— Я наследник рода, и имею право вести подобные переговоры. Слушайте дальше: Виктория пыталась обвинить меня в убийстве, но не смогла ничего доказать. Есть основания думать, что на самом деле это она убила и вашего брата, и вашего отца. Теперь, поскольку она носит вашу фамилию, то может попробовать объявить себя княгиней.

— Почему?

— Причины есть, но я не могу сказать. Эта информация слишком опасна, — отвечаю я.

Всхлипнув, Галина достаёт из кармана шубки белый платок и вытирает слёзы. Смяв платок в руках, она спрашивает:

— Дайте угадаю. Вы хотите, чтобы я заявила своё право на власть?

— Именно так.