Династия. Изгой

Водитель не задаёт лишних вопросов. Заводит мотор и выезжает с парковки.

Не понимаю, на что рассчитывает Юрий. Он мог прикрываться своей ложью до того, как Григорий Михайлович очнётся. Мог попытаться его убить — и, вероятно, предпринял попытку через того бывшего сотрудника. Но о чём он думает теперь?

Или у него есть план, о котором я не подозреваю?

Очень скоро я получаю ответ на этот вопрос. Мне звонит Алексей и говорит:

— Александр, у тебя большие проблемы. И не только у тебя, у всех нас.

— Здравствуйте, ваше сиятельство.

— Я только что узнал. Оказывается, Юрий подал прошение на полную передачу титула.

— Не понял, — хмуро отвечаю я. — Что это значит?

— Это значит, что он хочет быть не регентом и временным главой рода, а полноправным князем!

— Но ведь его сиятельство пришёл в себя.

— Юрий оперирует тем, что он больше недееспособен. И ты знаешь, возможно, это правда, — с сожалением заканчивает Алексей. — Как знать, вернётся ли к нам прежний Григорий.

— То есть он решил не ждать смерти отца и скинуть его прямо сейчас, — цежу я.

— Вот именно. И если у него получится, то он в любом случае сделает вас с матерью изгоями. Любые решения прошлого князя и тем более семейного совета не будут иметь значения.

— Мы должны его остановить, ваше сиятельство.

— Конечно! — восклицает Алексей. — Я сделаю, что смогу, но процесс уже запущен. У Юрия тоже немало знакомых в правительстве. Он ухитрился провести прошение так, что я и не заметил.

— Как он собирается доказать недееспособность князя?

— Возможно, что никак.

— То есть нам надо просто доказать обратное, — говорю я.

— Как знать, получится ли. Ведь Григорий может и правда оказаться… в плохой форме.

— Я уже еду в больницу. Собираюсь увидеться с ним лично.

— Да, я тоже в пути. Но учти, что у нас мало времени. Гриша может полностью прийти в себя через неделю или через месяц. А Юрий действует уже сейчас.

— Я попытаюсь дозвониться до нашего терапевта. Пусть представит заключение о вменяемости князя. Есть ли какая-то возможность оспорить передачу титула, если она вдруг состоится?

— Будет сложно, — почти рычит Алексей. — По закону Юрий и так законный наследник.

— Что насчёт вас, дядя? Вы ведь собирались оспорить его право на главенство в роду.

— Стыдно признаться, но я проиграл. Не смог ничего сделать против указа Григория.