Диктатор (СИ)

— Эй, ты, иди к нам, хоть чаем горячим напоим, а то совсем замёрзла же небось! — Я не сразу поняла, что закадычные подруги обращаются именно ко мне, поэтому очень удивилась, когда мне протянули стаканчик с горячим напитком из термоса.

— Спасибо, у меня есть бутерброды с колбасой, хотите? — Так и началась наша дружба с Еленой Степановной и Жанной Борисовной. Две чудо-женщины оказались не такими противными, как в первую нашу встречу, успели рассказать о всех своих мужьях, болезнях, котах и с ненавистью отзывались о нынешней власти.

Я же в основном помалкивала, потому что рассказывать особо было нечего. Да и не хотелось."

"— Ох, да ты в положении. — На улице уже значительно потеплело, в пуховике было невыносимо жарко, поэтому мне пришлось расстегнуть змейку, демонстрируя животик, который за последний месяц значительно подрос.

— Да, я… не могу дождаться, когда смогу подержать в руках свою малышку, — с улыбкой произношу я и на их расспросы об отце ребёнка впервые отвечаю честно. Чужим людям, оказывается, намного легче рассказать о своих бедах, признаться в том, что оступилась и теперь не представляю свое будущее.

Без имён и не переходя на личности, конечно, но зато на душе наконец-то становится легче.

Моя заначка регулярно пополнялась, зачеты я все сдала, малышка росла здоровой, Катька должна была родить со дня на день, на улице потеплело, расцвела зелень и даже я. Я научилась жить без Олега, несмотря на то, что сердце время от времени болело от воспоминаний. Рана все никак не затягивалась, но теперь все казалось не таким ужасным, как до этого.

Олег вообще казался мне игрой воображения, сном, после которого осталось красноречивое напоминание в виде ребёнка.

Воспоминания и чувства медленно выцветали, но я не была уверена, что, увидь Исаева где-то посреди улицы, оставалась бы такой же спокойной, безразличной и беспристрастной.

У меня были небольшие накопления на первое время, и если экономить, то должно хватить, а потом попрошу Катьку присматривать и за своей крохой, а сама устроюсь на работу.

Я воспаряла духом и все распланировала. Крутилась как могла, даже до нового семестра устроилась работать лаборантом на кафедру. Три дня работы в университете, три в газетном киоске и один выходной, в который я стояла на площади, продавая цветы. Сложно, но другого выхода не было. Учебу я бросать не спешила из-за стипендии. Даже если в следующем семестре не появлюсь ни дня, то до зимней сессии деньги будут регулярно приходить на карту.