Дикий прапор

Легко сказать, да трудно сделать, как будто пытаешься сдвинуть КАМАЗ. Вроде и двигается, а постоянно откатывается назад. Но воду я все-таки начал чувствовать. Я спустился во впадину между барханами и нашел самую низкую точку, постарался вырыть ямку и начал тянуть воду. Тянуть изо всех сил. И сука вытянул. Только не воду, а какого-то червя. Опять пришлось браться за меч и крошить монстрика. Хорошо, что ему было далеко от описанных в Дюне монстров, так, сантиметров 50 в диаметре и метра три длиной. Нет, есть я это не буду.

Опять включилось выживание. Любое живое создание состоит из воды процентов на 50–80 в зависимости от вида, ну может у насекомых поменьше. Сев возле червя я начал вытягивать из него воду. Сначала начала собираться какая-то мутная жижа, и пришлось усиливать воздействие, постепенно мне удалось отделить относительно чистую жидкость. Огромных усилий мне требовалось для того, чтобы удержать эту массу в воздухе. Всего мне удалось собрать на вскидку около двух литров жидкости. Я поднес шар с жидкостью к лицу и начал жадно пить. Видимо мне придется так делать еще и не раз, остатки я просто вылил внутрь скафандра, он сам ее соберет и очистит. Немного посидев и отдохнув, я отправился дальше. Чувствую мне придется применить тут все свои навыки. Кстати, этот полигон реально заставляет включать голову. До вечера никаких встреч больше не было, и я остановился на ночевку. Еда сама меня найдет, ее звать не надо, а то опять что-нибудь вылезет, размером побольше. Я опять тренировал телекинез, бластер уже легко удерживался в воздухе, и я начал тренироваться с мечом, он был тяжелее. Одновременно я старался охватить как можно большее пространство в поисках того, кто захочет меня отведать. Поэтому и заметил вчерашнюю мартышку, только теперь их было три особи и одна была крупнее остальных. Меч плавно вернулся ко мне в руку, и я приготовился к разделке летающих обезьян."

"«Я как девочка Элли, — негромко запел я себе под нос придуманную на ходу песенку, — Иду по дорожке. Иду по дорожке.

Из желтого…».

Одна из тварей спикировала на меня и покатилась по песку двумя половинками: — «Кирпичааа».

«Вернее песка, — поправился я, — И летят обезьяны, вонючие…, — вторая тварь попыталась зайти со спины, но покатилась по земле, — обезьяны».

«Хотят комиссарского тела, но получат…, — с истошным визгом меня попыталась сбить с ног самая крупная макака, но с отделившейся клыкастой головой покатилась к своим товаркам, — пиздыыыы!», — закончил я куплет.