Дикий

Люблю холодный душ, просто немного перестарался.

Он хотел извиниться за свою глупость, но по встревоженному виду Этана понял, что тому это не понравится. Брэм боялся пока брать сэндвич, поэтому надеялся, что Этан на него за это не обидится. Вместо этого он открутил крышку с бутылки и выпил воды. Напившись, он вдруг понял, что голоден, и смел бутерброд подчистую.

Этан, пристроившийся на краю низкого комода, вдруг отставил свою кружку и пошел к нему. Брэм почувствовал собственную беспомощность – он не мог двинуться с места, не мог контролировать себя или свои мысли.

- Ты сейчас совсем замерзнешь, - встревоженно заметил Этан. – Забирайся под одеяло. – Сильные пальцы обхватили плечо Брэма, заставив его вздрогнуть, прежде чем Этан потащил его к кровати. – За что ты себя наказываешь? Зачем все это?

- Это не наказание. – Его трясло от холода и от близости Этана, который лег рядом, так что Брэм едва мог говорить: - П-прости.

- Черт. – Теплая ступня коснулась его ноги. – Брэм, за что ты извиняешься?

Он закрыл глаза, не в силах думать или говорить, пока Этан гладит его по груди.

- Мне уйти? – спросил тот, но Брэм покачал головой.

- Я устал, - сказал он, будто это все объясняло: его возбуждение, разбитость и напряжение, когда, казалось бы, можно расслабиться. И откуда взялась эта неловкость?

- Я просто согрею тебя, хорошо? – Забравшись под одеяло, Этан придвинулся ближе.

Этан поцеловал его в ухо и прошептал:

- Спи.

Ага. Брэм тщился хотя бы мысленно отыскать место, где можно было бы расслабиться и думать о чем-нибудь, кроме жара и тела Этана рядом с собой. Он так старался, что незаметно для себя задремал в тепле и постепенно снова заснул.

У некоторых омег чрезмерно развито желание угождать другим, так что они даже не понимают, чего хотят сами.