Газлайтер. Том 13

Он налетел брюхом на пернатого зверя, и они сшиблись на полной скорости. Вспыхнули силовые поля — желтое и голубое. Грифона отбрасывает в небо, как мячик, ханец едва удерживается в седле. Подскочивший Золотой продолжает напирать и давить, и артефакт не выдерживает, ломается, синее поле исчезает. Всадника тут же стряхивает вниз, и он с грохотом падает в потушенное ущелье. Пусть теперь его принимают Настя и Змейка.

Подлетев ближе к грифону без всадника, я мигом беру под контроль пернатого зверя. Пришлось проломить закладки и причинить ему боль, но ничего страшного, потерпит.

Тем временем Золотой сталкивается с новой жертвой по тому же принципу. Другие ханьцы, осознав в какой они заднице, решают удрать.

Я бью пятками бока пегассира. Заржав, конь взмахивает крыльями и нагоняет грифонов. Пси-гранаты делают свое дело, и двое всадников с криками падают с седел. Не знаю, почему не включились силовые поля. Может, их артефакты обесточил еще первый залп Золотого.

Но вот с третьим ханьцем мне приходится повозиться.

Мало того, что у него в порядке защитный артефакт, так он ещё и сам телепат. Но это даже интересно. Обожаю общаться с коллегами по магическому цеху. Специально скинув магический доспех, я парю рядом и пытаюсь пробиться в его сознание щупами. Телепат явно удивляется моей наглости, но это лишь подстёгивает мой азарт."

"«Просто щупами⁈ Сосунок! Ты на кого попер⁈ — визжит он по мыслеречи. — Ну я тебя сейчас!»

«Недооценивай простую менталику, дедуль, — усмехаюсь я.

— В твоем возрасте это уже пора знать».

Ханец действительно седой, с узкой бородкой, типичный «мудрый сенсей» из фильмов про каратэ. Однако в боевой телепатии ханьцы даже не вторые, а первые — с конца списка. Учиться у этого старика мне нечему; скорее, я сам мог бы его натаскать.

Наши ментальные силы сталкиваются, и начинается настоящая битва разумов. Доспех бы мешал плотному контакту разумов, поэтому мне пришлось его убрать. Ханец пытается дать мне отпор, но увязает в моих телепатических сетях, а я тем временем тараню его щиты.

В наших головах стоит такой оглушительный грохот, словно по наковальне стучат молотом, но внешне это никак не проявляется. Мы просто парим друг против друга на наших зверях, зависнув в одном месте. Мой пегассир мирно ржёт ханьскому грифону, а тот отвечает клекотом.

«Что ты творишь, сосунок⁈ — шипит телепат, сузив глаза от боли. — Мои щиты прочнее стали…»

Грохот рухнувших закладок скручивает его в седле.