Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки

Тупой и еще тупее

Миша

“Роды! Михаил Русланович, у нас роды!” – с такими словами мне навстречу выскочил Васька. Запыхавшийся, красный и взгляд шальной. Руками машет и дышит тяжело.

Я втягиваю носом воздух:

– Какие к черту роды? Ты пьяный что ли, Василий?

– Да вы что, дядь Миш? – возмущается обиженно. – Я же вам обещал, я ни-ни!

– Тогда о чем толкуешь?

– Так телки наши, Михаил Русланович!

– Тогда отёл, Васька, а не роды. Я-то уж подумал, что у тебя кто рожает, – качаю головой. – Ты меня так не пугай.

– Пойдемте быстрее. Там четыре коровы надумали разродиться, – снова за свое.

– Четыре? – удивляюсь.

– Ага. Наш Айболит один не справится…

Быстрее, так быстрее. Прибавляю шаг."

"Работы на фермерском хозяйстве всегда хоть отбавляй. Ты здесь и грубая рабочая сила, и бизнесмен, и мозгоправ. То со скотиной возишься, то загоны чинишь, то дебет с кредитом сводишь, то пропистоны нерасторопным работникам раздаешь. Последнее редкость. Но деревня – она и в Африке деревня.

Сегодня вот до самого вечера проколупались с телками. Кипиш Васка в коровнике навел такой, что невольно каждая скотина начала волноваться. Всю деревню на уши поставил зазря. В итоге все благополучно отелились. Наше хозяйство поимело шикарное здоровое пополнение.

– Ой, Михаил Русланыч, если бы не вы, – сокрушается Айболит. – Я не справился бы, – качает головой, плеская себе в кружку “соточку” за храбрость. – Как пить дать – не справился бы!

– Глупости говоришь, Никита Дмитрич. Да все бы у тебя вышло, – качаю головой, подставляя под шланг руки и обтирая влажными ладонями лицо и шею. – Не первый год на ферме. Опыт поболее моего.

– Не первый, а все равно страшно. Скотина же. Живая!

– Главное, что все благополучно разрешилось.

– Тогда я остаюсь наблюдать, а вы домой, отдыхать.

– Так точно, – хватаю полотенце, обтираясь. – Если что, где меня искать, знаешь.

– Как, кстати, там ваша гостья городская? Как копчик?

– Не жалуется, – ухмыляюсь в бороду.

Кажется, принцесса про него и не вспоминает. Скачет лихой козочкой и мешается, как заноза в заднице. То в корыте утопиться пытается, то под завалами в сарайке лапки свои протянуть.