Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки

А тем более, когда твой мужчина – Михаил Русланович Румянцев. Первую пару недель, когда я заходила в кабинет Андрея Петровича, а видела там Мишу, с его мощными плечами, густой бородой и глубоким взглядом, в идеально сидящем по фигуре костюме – едва не падала в обморок от эстетического оргазма. Боже!

Эти его длинные умелые пальцы, которые сейчас перекатывают ручку. Огромные запястья, на которых поблескивают стильные часы. Губы, которые в данный момент что-то говорят, но я не слышу и не понимаю, что, потому что у меня в ушах вата, а в голове сплошной разврат! Вчерашняя девственница, я превратилась в чокнутую, сексуально зависимую от Миши принцессу, которой хочется много, часто, постоянно! Не понимаю, что со мной происходит.

Может, пора сходить к доктору? Провериться там на… не знаю, на что можно провериться в таком случае? На слабоумие и отвагу? Заниматься сексом на рабочем столе, под столом и у стола – охренеть, как неправильно! И это мы еще не берем в учет то, что мы с Дикарем почти основательно съехались!"

"Буквально на следующий же день после того, как Андрей Петрович попал в больницу, а Миша сдался и пообещал деду помочь с фирмой, пока тот восстанавливается, Миша забрал меня к себе.

Не дал ни единого шанса к отступлению, заявив, что жить он без меня теперь не сможет. Часть моих вещей уже благополучно перекочевала из родительского дома на квартиру Миши, а другая… другой тоже осталось недолго пылиться у папы с мамой.

С Димкой, кстати, мы тоже подружились. Не сразу, да. Но, когда в начале сентября Ирина улетела в отпуск и привезла парня на две недели к нам, мало-помалу мы нашли общий язык, и к концу его пребывания у нас в гостях парень даже заявил:

– Милкивей, а ты крутая, оказывается!

У-у-уй, я тогда пошла пунцовыми пятнами и чуть не разрыдалась в голос.

Испуганный Димка едва не перекрестился. А Миша от души поржал над моей сентиментальностью. Мальчики, что с них взять?

Думаю, во многом нашему сближению посодействовала игровая приставка и два джойстика, которые мы нещадно терзали, рубясь в стрелялки, пока Миша разгребал завалы в офисе Андрея Петровича.

Еще пару раз мы чуть не оставили Мишаню голодным, когда, увлекшись каткой, сожгли к чертям старательно приготовленный ужин. Благо, в Москве есть доставка. Папа-Дикарь ничего не заподозрил. Или нам об этом не сказал.

Так что у нас все прекрасно. Ну, кроме одного, единственного, что все еще слегка меня грызет. За два месяца Миша так и не сделал мне предложение.