Дикарь

Так вот, под большей частью технологических образцов светилась лаконичная запись «назначение неизвестно». Были в хранилище Совета и кристаллы ИскИнов, и очень много, начиная с совсем маленьких, предназначенных для бытового оборудования, до парочки совсем уж огромных, скорее всего предназначенных для управления целыми планетами, если не системами. К моему глубочайшему огорчению дальние потомки тех, кто когда-то и создал их, сейчас даже и не представляют, что это такое и для чего нужно, а значит и не умеют их создавать.

Получается, что ИскИн станции абсолютно зря надеялся, что я смогу, если не узнать, как можно создать ему помощников, то, по крайней мере, смогу раздобыть с десяток так нужных для восстановления станции кристаллов ИскИнов. Похоже, что мне придется ограбить Совет… ну, или заняться археологическими раскопками, благо, что примерное место, где стоит покопаться, известно. В общем, я как раз размышлял над этой проблемой, когда у меня за спиной раздался голос Талии.

— Макс, я тебе совсем не нравлюсь?

— Когда это я такое говорил? Талия, ты очень привлекательная девушка и ты мне очень нравишься.

Но наша связь ничего, кроме проблем нам обоим, не принесет. Ты наследница одного из Великих Домов, а я безродный одиночка, к тому же воспитанный в совершенно других парадигмах. Я никогда не признаю над собой власти даже самой лучшей женщины, а ты не сможешь признать мое главенство, не так ты воспитана. У нас с тобой нет будущего.

Я смотрел на стоящую Талию и чувствовал, что она знает, что я прав.

Понимает это, но просто не может принять. А потом… потом ее рука ее потянула за конец тонкого пояска, стягивающего полы коротенького халатика, а вторая принялась расстёгивать пуговицы.

— Знаете что, господин Макс Арн дель Гардо? Наследницы Великого Дома дель Гардо никогда не сдавались без боя и уж точно никогда не отступали от намеченного и всегда добивались своего, несмотря ни на что!

Халатик скользнула по стройным ножкам на пол… Ноги сами понесли меня к девушке, а руки, кажется, зажили своей собственной жизнью.

"

"«Вот я попал! Вот я дурак! Вот я… счастливчик! Все, мне конец!» — ни одной связной мысли в голове у меня уже не было, только какие-то обрывки. Природа брала свое и даже продвинутая нейросеть ничего не смогла сделать или… или не захотела.

Конечно, хотелось бы сказать, что угомонились мы только под утро, но это будет явная ложь. Безумствовали мы всего-ничего, где-то около часа.